— Вы меня осчастливите, я не сомневаюсь в этом, — сказала миссис Бардль.
— Да и вашему малютке…
— Господи, спаси его и помилуй! — перебила миссис Бардль с материнским вздохом.
— Вашему малютке, говорю, тоже будет очень весело. У него будет опытный товарищ, который станет его учить, наблюдать за его нравственностью. Под его руководством, я уверен, он в одну неделю сделает больше, чем теперь в целый год.
И мистер Пикквик бросил на свою собеседницу самую благосклонную улыбку.
— Милый! Милый!
Мистер Пикквик, совсем не ожидавший такого нежного эпитета, обнаружил изумленный вид.
— Милый, добрый мой толстунчик!..
И, не прибавляя больше никаких объяснений, миссис Бардль бросилась в объятия мистера Пикквика и обвила его шею своими дебелыми руками, испуская при этом катаракты слез и хоры глубоких воздыханий.
— Что с вами, миссис Бардль? — вскричал ошеломленный мистер Пикквик. — Образумьтесь… миссис Бардль… если кто-нибудь придет… оставьте… я ожидаю приятелей…