— Так вот я и думал, сэр: если б, примером сказать, вы одни подкараулили нас в саду.
— Один! — воскликнул мистер Пикквик. — Зачем же один?
— Я полагаю, сэр, что этого требует с вашей стороны деликатность к дамам. Содержательнице пансиона было бы, конечно, очень неприятно, если б нашлось много свидетелей этой истории. Я полагаю, надобно иметь некоторую снисходительность к чувствам молодой девушки.
— Правда ваша, любезный, правда, — сказал мистер Пикквик. — Снисходительность к молодым людям — первое условие для всякого честного намерения. Продолжайте.
— Так вот я и рассчитываю: если б вам запрятаться в сад и ровно в половине двенадцатого пробраться через галерею до кухни; я бы отворил вам дверь, и вы бы как раз в самую пору нахлынули на этого бессовестного человека, который, так сказать, заманил меня в свою западню.
Здесь мистер Троттер испустил глубокий вздох.
— Не печальтесь, любезный, — сказал мистер Пикквик утешительным тоном, — добрые дела не остаются без возмездия ни в этой, ни в будущей жизни.
Слезы умиления опять навернулись на глазах добродетельного лакея. Было ясно, что ему, несмотря на совет Самуэля, слишком трудно преодолевать болезненные ощущения своего сердца.
— Тьфу ты пропасть! — сказал Самуэль. — Сроду не видал таких плакс. Послушайте, любезный, не водянка ли у вас в голове?
— Самуэль, — сказал мистер Пикквик строгим тоном, — прикусите свой язык.