— Угодно вам отмерять шаги? — сказал офицер.
— Извольте, — отвечал мистер Снодграс.
Дистанция, к общему удовольствию, была измерена правильно и скоро, и предварительные условия заключены.
— Мои пистолеты, я думаю, будут понадежнее ваших, — сказал расторопный секундант доктора девяносто седьмого полка. — Вы видели, как я заряжал: угодно вам осмотреть их?
— Нет, я совершенно на вас полагаюсь, — отвечал мистер Снодграс, довольный и счастливый тем, что его освободили от этой трудной операции: его понятия о заряжении смертоносных орудий были довольно сбивчивы и неопределенны.
— Стало быть, нам можно теперь поставить противников на барьер? — сказал офицер с величайшим хладнокровием, как будто действующие лица были для него пешками на шахматной доске — и он собирался играть.
— Конечно, можем, — отвечал мистер Снодграс.
Он готов был согласиться на всякое предложение, потому что ровно ничего не смыслил в этих делах. Офицер подошел к доктору Слеммеру; мистер Снодграс, машинально следуя его примеру, подошел к мистеру Винкелю.
— Все готово, — сказал он, подавая пистолет своему несчастному другу. — Давай мне свою шинель.
— Ты не забыл, милый друг, о письме к моему отцу?