— Да ведь уж я имел честь доложить вам, что ничего не забыто.
— Полно, так ли? Куда вы ее уложили? Покажите.
Кондуктор принужден был вынуть и показать владельцу требуемую вещь, и после тщательного осмотра картонка опустилась опять под козла в глубокий ящик. Успокоенный насчет этого пункта, рыжеватый джентльмен постепенно обнаружил беспокойные сомнения касательно, во-первых, красного мешка, который могли забыть, и, во-вторых, полосатого мешка, который могли украсть. Кондуктор снова принужден был представлять наглядные доказательства относительно неосновательности подобных подозрений. После всех этих церемоний, продолжавшихся около четверти часа, рыжеватый джентльмен согласился, наконец, взобраться на кровлю дилижанса, заметив предварительно, что теперь у него гора свалилась с плеч и что он совершенно счастлив.
— Подозрительны вы, сэр, Господь с вами, — сказал мистер Уэллер старший, искоса посматривая на незнакомца, когда тот возился на империале.
— Да, почти так, когда дело идет насчет каких-нибудь безделиц, — сказал незнакомец. — Зато в важных случаях я великодушен, как маленький ребенок. Теперь я спокоен, совершенно спокоен.
— Еще бы! Пора угомониться, — отвечал мистер Уэллер. — Сэмми, помоги своему господину. Другую ногу, сэр, вот так. Вашу руку, сэр, понатужьтесь. Баста. Думать надо, сэр, мальчиком вы были гораздо легче.
— Ваша правда, — сказал задыхаясь мистер Пикквик, продолжая взбираться на свое место.
— Ну, Сэмми, марш наверх, живей! — сказал мистер Уэллер. — Ступайте, Вильям, пошевеливайтесь. Берегите под аркой свои головы, джентльмены, нагибайтесь — вот так.
И дилижанс покатился по Уайтчапелю, к великому удивлению всего народонаселения этого многолюдного квартала шумной столицы.
— Сторона, сэр, не совсем веселая, — сказал Самуэль, притрагиваясь к полям своей шляпы, что делал он всегда при вступлении в разговор со своим господином.