— Замолчите, Сэм.
— Слушаю.
Мистер Нупкинс, пораженный, очевидно, необычайной смелостью ученого мужа, собирался, по-видимому, вновь прогреметь свой грозный ответ; но в эту минуту мистер Джинкс дернул его за рукав и шепнул ему на ухо несколько слов. Судья проговорил вполголоса какой-то ответ, и затем перешептыванье возобновилось опять. Джинкс делал, по-видимому, возражения.
Наконец, судья, проглотивший, вероятно, весьма неприятную пилюлю от своего клерка, — обратился к мистеру Пикквику и, подавляя внутреннюю досаду, проговорил:
— Что вы хотите сказать?
— Во-первых, — начал мистер Пикквик; посылая через очки такой проницательный взгляд, который привел в трепет даже самого судью, — во-первых, я желаю знать, зачем и для чего я и мой друг приведены сюда?
— Можно ему сказать это? — шепнул мистер Нупкинс своему клерку.
— Можно и должно, — шепнул Джинкс.
Судья откашлянулся, вытер нос и, приняв торжественную осанку, начал таким образом:
— Дошло до моего сведения, что вы, Пикквик, вопреки существующим законам, замышляете «учинить» дуэль и что в этом преступном деле помогает вам другой человек, по имени Топман. Следственно… ну, мистер Джинкс?