— Это что еще?
— Как? Вы и этого не смыслите? Куроцапами, сэр, называются молодые хирурги, которые еще не навострились резать разумные кости.
— А, они студенты хирургии, так, что ли? — сказал мистер Пикквик.
— Так, вы не ошиблись: сюда действительно приехали сегодня два молодых студента медицины, — подтвердил мистер Уэллер.
— Приятная новость, очень приятная, — сказал мистер Пикквик, энергично бросив ермолку на одеяло. — Это, без сомнения, прекрасные молодые люди с умом, изощренным наблюдениями, и эстетическим вкусом, усовершенствованным науками. Я рад, Самуэль, очень рад.
— Они курят сигару у кухонного очага, — сказал Самуэль.
— А! — заметил мистер Пикквик, потирая руками. — Молодые люди с живыми чувствами, народ разбитной, на все руки. Вот это я люблю.
— Один из них положил свои ноги на стол и потягивает бренди из огромного стакана, а другой — у него, сэр, очки на носу — держит между своими коленями бочонок с устрицами и пожирает их, как голодный волк, бросая раковины в жирного парня, который между тем спит себе спокойно в темном углу за печкой. Забулдыги, сэр.
— У гениальных людей бывают свои странности, Самуэль! — сказал мистер Пикквик строгим тоном. — Можете удалиться.
Самуэль махнул рукой, поклонился и ушел. Через пятнадцать минут мистер Пикквик явился в столовую к завтраку.