— Еще не приискал, милорд, — отвечал аптекарь.
— Это весьма дурно и неосторожно с вашей стороны, — сказал вице-призедент сердитым тоном. Было известно всем и каждому, что у мистера Стерлейх чрезвычайно вспыльчивый и раздражительный темперамент.
— Знаю, что дурно, милорд; но теперь уж этому пособить нельзя, — сказал аптекарь, — позвольте мне идти домой.
— Привести к присяге этого господина! — закричал вице-президент.
Джентльмен в черном костюме начал выразительным и громким голосом:
— Вы дадите при сем торжественную клятву, что будете по чистой совести и…
— Стало быть, милорд, вы непременно требуете, чтоб я был присяжным? — перебил аптекарь.
— Непременно.
— Очень хорошо, милорд: в таком случае, я должен объявить, что прежде чем кончится здесь этот процесс, в доме моем произойдет убийство. Можете располагать мною, если угодно.
И прежде чем вице-президент собрался произнести ответ, несчастный аптекарь приведен был к присяге.