Говоря это, мистер Уэллер делал то, что весьма многие делают на его месте, когда получают письма от неизвестных лиц. Он смотрел попеременно на печать, на углы конверта, на его изнанку и лицевую сторону, на сделанный адрес и потом опять на печать. Находя, однако ж, что из всего этого ровно ничего не узнаешь, он решился, наконец, заглянуть во внутренность конверта.
— Золотообрезная бумага с фигурами по краям, — заметил Самуэль, развертывая письмо. — Посмотрим, что тут такое.
И мистер Уэллер, сделав серьезную мину, прочитал, с приличной расстановкой, следующее послание:
«Отборнейшая компания батских служителей, свидетельствуя свое почтение мистеру Уэллеру, покорнейше и усерднейше просит его удостоить своим посещением их дружественную суварею, состоящую из поваренной бараньей ноги с приличными прибавлениями и приправами, извещая при этом, что суварея будет сегодня за столом в половине десятого ночью — аккурат».
Это было вложено в другую записку следующего содержания:
«Мистер Джон Смокер, джентльмен, имевший удовольствие встретить мистера Уэллера в доме их общего знакомого, мистера Бентама, за несколько дней перед этим, просит мистера Уэллера развернуть и прочитать приложенное при этом приглашение. Если мистер Уэллер благоизволит зайти к мистеру Джону Смокеру в девять часов, то мистер Джон Смокер будет иметь удовольствие проводить и представить мистера Уэллера».
(Подписано) «Джон Смокер».
Адрес был сделан таким образом: «Уэллеру, эсквайру, в квартире мистера Пикквика» — и внизу конверта, на левой стороне, собственно для почтальона, были поставлены слова: «Отдать на кухню».
— Что бы это значило? — сказал Самуэль. — Никогда я не слыхал, что вареную баранину называют сувареей. Как же после этого называется у них жареная?
Но, не считая нужным углубляться в этот предмет, Самуэль немедленно явился к мистеру Пикквику и без труда выпросил у него позволение отлучиться на этот вечер. С этим позволением и с ключом от уличной двери мистер Уэллер вышел из двери за несколько минут до назначенного срока и благополучно прибыл на Королевин сквер, где, прислонившись к фонарному столбу, дожидался его мистер Джон Смокер, куривший сигару из янтарного черенка.