-- Вам оттого так показалось, что вы уж больно много о нем думаете.
А бойкая Месть прибавила со смехом:
-- Вот правда! И с каким же удовольствием ты думаешь о том, что завтра поутру еще разок увидишь его!
Картон продолжал медленно водить пальцем по газете, и по лицу его было видно, что он совершенно поглощен этим мудрым занятием. Собеседники, все четверо облокотясь о прилавок и близко наклонясь друг к другу головами, разговаривали очень тихо. Потом они помолчали некоторое время, пристально глядя на незнакомого посетителя, но, видя, что он не отрывается от газеты и сильно заинтересовался рассуждениями якобинского редактора, они успокоились и возобновили свою беседу.
-- Твоя жена правду говорит, -- заметил Жак Третий, -- к чему останавливаться на полдороге? Это очень сильно сказано. В самом деле, к чему останавливаться?
-- Ну хорошо, -- рассуждал Дефарж, -- где-нибудь надо же будет остановиться? Стало быть, весь вопрос в том, где и на чем?
-- На поголовном истреблении, -- сказала мадам Дефарж.
-- Великолепно! -- прокаркал Жак Третий.
Месть также выразила горячее одобрение.
-- Истребление -- вещь хорошая, что и говорить, -- сказал Дефарж не без смущения, -- вообще я против этого ничего не имею. Но этот доктор столько уж пострадал, ты сама видела сегодня -- ведь ты наблюдала за ним, пока читали его показание.