-- У тебя глаза все равно что бурав, -- сказала мисс Просс, -- но меня им не просверлить, потому что я из крепкого дерева скроена; так-то, мадам иностранка. Я тебе под стать.
Маловероятно, чтобы мадам Дефарж мота до тонкости понять такое возражение, однако ж она догадалась, что собеседница ее в грош не ставит.
-- Бессмысленная дура, -- молвила мадам Дефарж, начиная хмуриться, -- не нужно мне твоих разговоров! Я пришла с ней повидаться. Или ступай скажи ей, что я дожидаюсь, или уходи прочь от двери, я сама к ней пойду.
С этими словами она выразительным жестом указала на дверь.
-- Вот не думала не гадала, чтобы мне понадобилось понимать ваше дурацкое наречие! -- сказала мисс Просс. -- А теперь ведь я бы отдала все свое добро до последней нитки, только бы мне знать наверное, подозреваешь ли ты, в чем дело!
Обе не отводили глаз друг от друга. Мадам Дефарж не шелохнулась с того места, где мисс Просс ее увидела вначале, но теперь она шагнула вперед.
-- Я ведь англичанка, -- сказала мисс Просс, -- и я теперь на все готова. Мне своя жизнь недорога. А только знаю я, что чем дольше задержу тебя тут, тем больше шансов моей птичке спастись. Если ты посмеешь пальцем меня тронуть, я тебе повыдергаю все твои черные волосы, так что клока не оставлю на голове.
Так говорила мисс Просс, потрясая головой и сверкая глазами, произнося скороговоркой отрывочные фразы и учащенно дыша. Так говорила мисс Просс, которая отроду никого еще не ударила.
Но ее отвага была окрашена чувствительностью, и она вызвала у нее на глазах слезы. Этот род мужества был так незнаком мадам Дефарж, и она приняла его за малодушие.
-- Ха-ха-ха! -- рассмеялась она. -- Ах вы, жалкая дрянь! На что вы годитесь! Позову-ка я лучше самого доктора.