-- Ваша милость вѣрно угадали,-- сказала она,-- бѣдной Пенси нужно еще немного денегъ. Опять протянулась костлявая рука. Коль-Дью отшатнулся и бросилъ золото на столъ.
-- Король, король!-- захлебываясь, вскрикнула Пекси.--Ваша милость истинный король. Ваша милость получитъ ремень. Она будетъ любить васъ, какъ свою собственную бѣлую душу. Ха-ха! Только ваша милость должны придти черезъ двѣнадцать дней: ремень трудно достать. Уединенное кладбище очень далеко и нелегко выкапывать покойниковъ.
-- Довольно,-- крикнулъ Коль-Дью,-- ни слова больше! Мнѣ нуженъ твой ужасный приворотъ, но я не хочу знать, въ чемъ онъ состоитъ и откуда ты его возьмешь.
Коль обѣщался вернуться черезъ двѣнадцать дней и ушелъ. Отойдя немного, онъ обернулся и увидалъ, что Пекси смотритъ на него. Ея фигура вырѣзывалась на яркомъ фонѣ заката. Мрачному Коль-Дью почудилось, что Пекси -- фурія, за спиной которой пылаетъ цѣлый адъ.
Въ назначенное время Коль-Дью получилъ приворотъ, онъ вмѣстѣ съ благовоніями заключилъ его въ золото и привѣсилъ къ прекрасной цѣпи. Коль-Дью положилъ ужасное ожерелье въ ту шкатулку, въ которой прежде хранились золотыя вещи его несчастной матери; въ футлярѣ цѣпь казалась довольно красивой дорогой бездѣлушкой.
Между тѣмъ жители горъ, сидя вечеромъ у очаговъ, сыпали проклятія: прошелъ снова слухъ о нечистомъ дѣяніи на ихъ кладбищѣ. Они рѣшили выслѣдить и схватить преступника.
Прошло двѣ недѣли, а Коль-Дью все еще не могъ найти возможности надѣть приворотъ на шейку гордой дочери полковника. Онъ всыпалъ еще золота въ жадные когти Пекси, и колдунья обѣщала помочь ему. Колдунья одѣлась скромно и прилично; зачесала свои космы подъ бѣлоснѣжный чепецъ, согнала со своего лица недобрыя морщины, взяла въ руку корзину, заперла дверь своей хижины и пошла къ подножію горъ. На видъ Пекси превратилась въ простую продавщицу грибовъ. Домоправительница сѣраго замка купила грибы у бѣдной женщины и сказала, чтобы та приносила ихъ каждое утро. Пекси исполнила приказаніе, ежедневно являлась она къ дому полковника и каждый разъ, кромѣ грибовъ, приносила букетикъ дикихъ цвѣтовъ, прося передавать подарокъ миссъ Эвелинѣ. Боже, благослови ее! Бѣдная Мурида никогда не видала миссъ Блэкъ, но она слышала разсказы о ея нѣжномъ, чистомъ лицѣ. Наконецъ, однажды старуха встрѣтила Эвелину, возвращавшуюся съ прогулки, и рѣшилась лично поднести дѣвушкѣ букетъ.
-- Ахъ,-- сказала Эвелина,-- это вы каждый день приносите мнѣ цвѣты? Они очень хороши.
Старухѣ хотѣлось только взглянуть на нее; теперь, увидавъ ясное, какъ солнышко, красивое, какъ лилія, личико, она возьметъ корзинку и уйдетъ въ горы. Но она не уходила.
-- Неужели молодая леди никогда не поднималась на большія горы?-- спросила Пекси.