-- А-а,-- сказал он, возвращаясь.-- А отец?
-- Он тоже здесь похоронен.
-- Гм...-- пробормотал он в раздумье.-- У кого же ты живешь? Может быть, я и оставлю тебя в живых: я еще не совсем решил.
-- Я живу у моей сестры. Она замужем за кузнецом.
-- Гм...-- промычал он, взглянув на свою ногу. Мрачно поглядывая то на меня, то на свою ногу, он еще ближе подошел ко мне, схватил меня за руки и тряхнул изо всей силы. Глаза его грозно смотрели на меня, а я беспомощным взором молил его о пощаде.
-- Ну, слушай -- начал он,-- дело идет о твоей жизни: оставаться тебе в живых, или нет. Ты знаешь, что такое напилок?
-- Знаю.
-- Ну, а знаешь, что такое пища?
-- Да, сударь.
После каждого вопроса он меня снова встряхивал, чтобы дать мне больше почувствовать мою беспомощность и угрожавшую мне опасность.