-- Теперь, кажется, всѣ собрались? спросилъ мистеръ Перси Ноаксъ.
Члены комитета (которыхъ руки, перевязанныя синими лентами, показывали какъ будто всѣ они собирались пустить себѣ кровь) зашумѣли по пароходу, чтобъ удостовѣриться въ дѣйствительности предположенія президента, и вскорѣ донесли, что можно отправляться.
-- Дай ходъ! скомандовалъ шкиперъ парохода.
-- Дай ходъ! повторялъ мальчикъ, поставленный надъ люкомъ у машины передавать приказанія шкипера.
И пароходъ тронулся съ мѣста и полетѣлъ по рѣкѣ съ тѣмъ пріятнымъ шумомъ, который только и можно слышать за однимъ пароходомъ, и который составляетъ гармоническую смѣсь треска, брызганья, брянчанья и фырканья.
-- Гой, гой, ой-ой-ой-ой.... о-о-о-о!!.. загремѣло полдюжины голосовъ со шлюпки по крайней мѣрѣ на четверть мили за кормою парохода.
-- Легче ходъ! вскричалъ шкиперъ. -- Скажите, сэръ, развѣ эти люди принадлежатъ къ намъ?
-- Ноаксъ! воскликнулъ Гарди, осматривавшій въ свою огромную трубу каждый дальнѣйшій и ближайшій предметъ: -- вѣдь это Флитвуды и Вэкфильды, да еще и двое дѣтей съ вами, клянусь Юпитеромъ!
-- Фи! какой стыдъ -- привозить съ собой дѣтей! въ одно время вскричало нѣсколько голосовъ: -- какъ кто безразсудно!
-- А знаете ли что? чудесная бы вышла штука, еслибъ притвориться, что мы не видимъ ихъ, намекнулъ мистеръ Гарди, къ безпредѣльному восторгу всего общества.