-- Это пожалуй будетъ для тебя всего лучше, началъ онъ наконецъ: (хорошо было для бѣднаго Натана, что онъ не замѣтилъ взгляда, которымъ отвѣтилъ ему сынъ.) Только намъ-то съ Эсфирью каково будетъ? Тамъ, какой бы ты ни былъ, все-же ты наша плоть и кровь, наше единственное дѣтище. Да узнай только жена, что онъ собирается въ Америку -- она, кажись, этого и не переживетъ; и Бетси тоже, бѣдняжка, души въ немъ не чаетъ. Рѣчь старика перешла безъ его вѣдома въ монологъ, къ которому между тѣмъ жадно прислушивался Веньяминъ. Немного помолчавъ, отецъ снова обратился къ нему.-- Не повѣрю же я, чтобы кромѣ того человѣка, никто не могъ тебя поставить на ноги. Можетъ статься, другіе не стали бы такъ дорожиться.

-- Болѣе выгодныхъ условій мнѣ нигдѣ не найти, отвѣчалъ Веньяминъ, которому показалось, что отецъ начинаетъ поддаваться.

-- А коли такъ, ты можешь сказать ему, что не видать вамъ съ нимъ этихъ трехсотъ фунтовъ, какъ своихъ ушей. Я не таюсь, у меня отложена малая толика на черный день, но до трехсотъ фунтовъ далеко не хватаетъ, и часть ихъ я берегу для Бетси, которая была намъ замѣсто дочери.

-- Но, придетъ время и Бетси сдѣлается и въ самомъ дѣлѣ вашею дочерью, дайте мнѣ только обзавестись своимъ домомъ, куда бы я могъ взять ее. Въ сущности Веньяминъ очень легко смотрѣлъ на свои отношенія къ Бетси, но въ настоящую минуту, нельзя сказать, чтобы онъ лгалъ, потому что и въ самомъ дѣлѣ не прочь былъ сдѣлать ее своей женою, хотя и намекалъ на это съ тѣмъ только, чтобы поддѣлаться къ отцу.

-- До тѣхъ поръ, авось богъ приберетъ насъ съ женою, отвѣчалъ старикъ.-- Но опять-таки я говорю тебѣ -- нѣтъ у меня трехсотъ фунтовъ. Ты знаешь, я всѣ свои лишнія деньги складываю въ чулокъ и берегу ихъ въ немъ, пока накопится пятьдесятъ фунтовъ, тогда я отдаю ихъ въ райпонскій банкъ. Теперь у меня лежитъ въ банкѣ двѣсти фунтовъ, да въ чулкѣ пятнадцать; изъ этихъ денегъ я сто фунтовъ откладывалъ для Бетси.

Веньяминъ недовѣрчиво поглядѣлъ на отца. Уже одно то, что онъ могъ старика отца заподозрить во лжи, достаточно обрисовываетъ его характеръ.

-- Я радъ бы тебѣ пособить и ускорить вашу свадьбу да, видишь, не могу. Еще много уйдетъ денегъ на покупку сѣмянъ,-- послѣдній урожай былъ больно плохъ. А вотъ что я тебѣ скажу, сынокъ: я тебѣ Бетсину сотню дамъ взаймы, а ты ей дашь собственной руки росписку. Мы вынемъ деньги изъ райпонскаго банка я поторгуемся съ адвокатомъ: можетъ статься, онъ тебя и за двѣсти фунтовъ согласится взять въ долю.

Послѣ нѣкотораго колебанія, Веньяминъ помирился на двухстахъ фунтахъ. Тѣмъ не менѣе тѣ пятнадцать фунтовъ, которые копились въ чулкѣ, не давали ему покоя. Онъ находилъ, что они принадлежатъ ему по праву, какъ единственному наслѣднику отца, и никакъ не могъ простить Бетси того обстоятельства, что часть сбереженныхъ денегъ предназначалась ей. Между тѣмъ Натанъ былъ въ этотъ вечеръ необычайно веселъ. Его великодушному, любящему сердцу было отрадно сознаніе, что онъ, цѣною чуть ли не всего своего состоянія, способствовалъ счастью двухъ молодыхъ людей. Самое величіе довѣрія, оказаннаго имъ своему сыну, казалось дѣлало Веньямина достойнымъ этого довѣрія. Въ этотъ вечеръ Бетси выслушала отъ дяди много непонятныхъ шутливыхъ намековъ,-- старикъ былъ вполнѣ увѣренъ, что Веньяминъ разсказалъ ей обо всемъ случившемся, тогда какъ на дѣлѣ Веньяминъ не говорилъ ей ни слова.

Когда престарѣлая чета улеглась въ постель, Натанъ передалъ женѣ свой утренній разговоръ съ сыномъ. Бѣдная Эсфирь была нѣсколько поражена перемѣною въ назначеніи запасного капитала. Но деньги эти были нужны Веньямину, и она не жалѣла съ ними разстаться. Страннымъ только казалось ей, какъ могла потребоваться такая большая сумма. Но и это недоумѣніе вскорѣ было отодвинуто на второй планъ потрясающею мыслью, что вотъ Бенъ переѣдетъ на житье въ Лондонъ, а за нимъ послѣдуетъ Бетси, сдѣлавшись его женою. Утромъ, пока Бетси мѣсила тѣсто, тетка ея сидѣла, противъ обыкновенія ничего не дѣлая, передъ огнемъ.

-- Вотъ скоро намъ придется хлѣбъ брать въ лавкѣ, сказала она.-- А этого мы съ поконъ-вѣку не дѣлали.