Если химикъ еще такъ недавно съ ужасомъ замcчалъ роковое вліяніе своей измcненной природы на особъ, съ которыми приходилъ въ соприкосновеніе, за-то теперь ни съ чcмъ нельзя было сравнить его паническій страхъ при взглядc на чудовищнаго мальчика, который по-видимому съ такой отвагой издcвался надъ таинственной силой. Судорожный трепетъ пробcжалъ по всcмъ его членамъ, когда онъ увидcлъ, что злобное чудовище схватилось своею дcтскою рукою за желcзныя щипцы и хотcло вытащить изъ камина пылающую головню.
-- Послушай, любезный, сказалъ мистеръ Редло: -- Ты поведешь меня, куда тебc угодно, и всего лучше въ такія мcста, гдc люди живутъ въ нищетc. Я хочу помочь этимъ людямъ и спасти ихъ, можетъ-быть, отъ голодной смерти. Ты получишь отъ меня кучу денегъ, и притомъ, какъ сказано, я приведу тебя назадъ. Ну же, поворачивайся!
И онъ поспcшно пошелъ къ дверямъ, опасаясь возвращенія мистриссъ Вилльямъ.
-- Пожалуй, я пойду, если хочешь, сказалъ мальчишка, бросивъ щипцы и выпрямившись во весь ростъ:-- Только ужь ты не держись за меня, и не дотрогивансія до моей головы.
-- Изволь.
-- Я буду идти спереди, сзади, или гдc мнc вздумается.
-- Хорошо.
-- Ну, такъ дай же мнc денегъ.
Химикъ положилъ въ его руку нcсколько шиллинговъ, одинъ за другимъ. Мальчишка не умcлъ считать; но каждый разъ, получая монету, говорилъ: "единожды-одинъ", и съ жадностію смотрcлъ въ глаза щедраго дателя. Ему некуда было класть деньги изъ руки, кромc своего рта, и онъ клалъ ихъ въ ротъ.
Затcмъ мистеръ Редло написалъ карандашомъ на лоскуткc бумаги, что мальчикъ ушелъ съ нимъ, и положивъ записку на столъ, приказалъ ему слcдовать за собой. Мальчишка съежился въ своихъ лохмотьяхъ, и выскочилъ вонъ на свcжій, зимній воздухъ съ непокрытой головой и голыми ногами.