Затѣмъ, съ быстротой, совсѣмъ несвойственной его характеру, Скруджъ перебилъ самого себя, съ грустью о самомъ себѣ воскликнулъ: "Бѣдный мальчикъ!" -- и снова заплакалъ.
-- Мнѣ хочется,-- пробормоталъ Скруджъ, отирая обшлагомъ глаза, закладывая руки въ карманы и осматриваясь,-- мнѣ хочется... но нѣтъ, уже слишкомъ поздно...
-- Въ чемъ дѣло?-- спросилъ духъ.
-- Такъ, -- отвѣчалъ Скруджъ.-- Ничего. Прошлымъ вечеромъ къ моей двери приходилъ какой-то мальчикъ и пѣлъ, такъ вотъ мнѣ хотѣлось дать ему что-нибудь... Вотъ и все...
Духъ задумчиво улыбкулся, махнулъ рукой и сказалъ: "Идемъ, взглянемъ на другой праздникъ!"
При этихъ словахъ двойникъ. Скруджа увеличился, а комната сдѣлалась темнѣе и грязнѣе; обшивка ея потрескалась, окна покосились, съ потолка посыпалась штукатурка, обнаруживая голыя дранки. Но какъ это случилось, Скруджъ зналъ не лучше насъ съ вами. Однако онъ зналъ, что это такъ и должно быть,-- чтобы онъ снова остался одинъ, а другіе мальчики ушли домой съ радостно встрѣчать праздникъ.
Онъ ужи не читалъ, но уныло ходилъ взадъ и впередъ. Посмотрѣвъ на духа, Скруджъ печально покачалъ головой и безпокойно взглянулъ на дверь.
Дверь растворилась, и маленькая дѣвочка, гораздо меньше мальчика, вбѣжала въ комнату и, обвивъ его шею рученками, осыпая его поцѣлуями, называла его милымъ, дорогимъ братомъ.
-- Я пришла за тобою, милый брать,-- сказала она.-- Мы вмѣстѣ поѣдемъ домой,-- говорила она, хлопая маленькими ручками и присѣдая отъ смѣха.-- Я пріѣхала, чтобы взять тебя домой, домой, мой!
-- Домой, моя маленькая Фанни?-- воскликнулъ мальчикъ.