-- Да,-- сказала въ восторгѣ дѣвочка.-- Домой навсегда, навсегда! Папа сталъ гораздо добрѣе, чѣмъ прежде, и у насъ дома, какъ въ раю. Однажды вечеромъ, когда я должна была, идти спать, онъ говорилъ со мною такъ ласково, что я осмѣлилась попросить его послать меня за тобой въ повозкѣ. Онъ отвѣтилъ: Хорошо,-- и послалъ меня за тобою въ повозкѣ. Ты теперь будешь настоящій мужчина,-- сказала дѣвочка, раскрывая глаза,-- и никогда не вернешься сюда. Мы будемъ веселиться вмѣстѣ на праздникахъ.
-- Ты говоришь совсѣмъ, какъ взрослая, моя маленькая Фанни,-- воскликнулъ мальчикъ.
Она захлопала въ ладоши, засмѣялась, стараясь достать до его головы, приподнялась на цыпочки, обняла его и снова засмѣялась. Затѣмъ, съ дѣтской настойчивостью, она стала тащить его къ двери, и онъ, не сопротивляясь, послѣдовалъ за нею.
Какой-то страшный голосъ послышался въ сѣняхъ: "Снесите внизъ сундукъ Скруджа". Появился самъ школьный учитель, который, посмотрѣвъ сухо и снисходительно на Скруджа, привелъ его въ большое смущеніе пожатіемъ руки. Затѣмъ онъ повелъ его вмѣстѣ съ сестрой въ холодную комнату, напоминающую старый колодезь, гдѣ на стѣнѣ висѣли ландкарты, а земной и небесный глобусы, стоявшіе на окнахъ и обледенѣвшіе, блестѣли, точно натертые воскомъ. Поставивъ на столъ графинъ очень легкаго вина, положивъ кусокъ очень тяжелаго пирога, онъ предложилъ дѣтямъ полакомиться. А худощаваго слугу онъ послалъ предложить стаканъ этого вина извозчику, который поблагодарилъ и сказалъ, что если это вино то самое, которое онъ пилъ въ прошлый разъ, то онъ отказывается отъ него. Между тѣмъ чемоданъ Скруджа былъ привязанъ къ крышѣ экипажа, и дѣти, радостно простясь съ учителемъ, сѣли и поѣхали; быстро вертѣвшіяся колеса сбивали иней и снѣгъ съ темной зелени деревьевъ.
-- Она всегда была маленькимъ, хрупкимъ существомъ, которое могло убить дуновеніе вѣтра,-- сказалъ духъ.-- Но у нея было большое сердце!
-- Да, это правда,-- воскликнулъ Скруджъ.-- Ты правъ. Я не отрицаю этого, духъ. Нѣтъ, Боже меня сохрани!
-- Она была замужемъ,-- сказалъ духъ,-- и, кажется, у нея были дѣти.
-- Одинъ ребенокъ,-- сказалъ Скруджъ.
-- Да, твой племянникъ,-- сказалъ духъ. Скруджъ смутился; и кратко отвѣтилъ: "да".
Прошло не болѣе мгновенія съ тѣхъ поръ, какъ они оставили школу, но они уже очутились въ самыхъ бойкихъ улицахъ города, гдѣ, какъ призраки, двигались прохожіе, ѣхали телѣжки и кареты, перебивая путь другъ у друга,-- въ самой сутолокѣ большого города. По убранству лавокъ было видно, что наступило Рождество. Былъ вечеръ, и улицы были ярко освѣщены. Духъ остановился у двери какого-то магазина и спросилъ Скруджа, знаетъ ли онъ это мѣсто?