-- Почему же?
-- Ну!... Вы рождены богачкой, и будете...
-- Что же? У меня рука не дрогнет... совершенно хладнокровно спросила продавщица: неужели эдакого жалеть?
-- Так это его занавески и простыни?
-- А чьи же? Не боишься ли ты, что он насморк схватит?
-- Я надеюсь, что он не умер от какой-нибудь заразительной болезни... мм? -- спросил старый Джой, поднимая голову.
-- Не бойтесь, Джой! Неужели я так глупа, чтобы с ним связалась, если бы?... О! Вы можете выворотить наизнанку и налицо эту рубашку: могу вам ответить, что хороша -- лучшая его рубашка... Слава богу, что я подвернулась: без меня бы пропало...
-- Что? такое пропало? -- спросил старик Джой.
-- Да вот что: похоронили бы его, наверное, в этой рубашке; -- ответила она, смеясь: по моему, -- не так: господину покойнику всё равно в чем лежать: в коленкоре или в полотне...
Скрудж едва-едва дослушал этот разговор.