Мистеръ Датчери не говоря ни слова отсчитываетъ деньги. Старуха жадно смотритъ ему въ руки.
-- Это было въ прошлый сочельникъ, сэръ.
Мистеръ Датчери сбивается въ счетѣ и начинаетъ считать деньги снова.
-- Его звали, того джентльмена, Эдвиномъ.
Мистеръ Датчери роняетъ монеты, наклоняется, чтобы поднять ихъ и, весь красный отъ сдѣланнаго усилія, говоритъ:
-- Какъ-же вы узнали его имя?
-- Я спросила его объ этомъ и еще спросила, есть-ли у него невѣста. Тогда онъ и сказалъ, что зовутъ его Эдвиномъ и что невѣсты у него нѣтъ.
Нѣсколько минутъ мистеръ Датчери, зажавъ деньги въ кулакъ, стоялъ неподвижно, о чемъ-то задумавшись. Потомъ онъ разсѣянно суетъ старухѣ въ руку деньги, прощается съ ней и отходитъ отъ нея.
Когда мистеръ Датчери подошелъ къ своей квартирѣ, въ окнѣ у мистера Джаспера уже свѣтилась, точно маякъ, его лампа. И какъ морякъ съ жадною надеждой смотритъ на маячный огонь, думая о тихой пристани, такъ и мистеръ Датчери, увидя лампу Джаспера, долго не могъ оторваться отъ нея и точно хотѣлъ проникнуть мыслью по слѣдамъ этого свѣта.
Единственной цѣлью возвращенія мистера Датчери домой, была, кажется, забытая имъ, хотя и вовсе ненужная ему, шляпа.