-- Онъ нанесъ мнѣ оскорбленіе, сэръ,-- продолжаетъ юноша,-- которое превышало все мое желаніе сдержаться. Я не знаю, съ самаго-ли начала хотѣлъ онъ меня оскорбить, но подъ конецъ онъ оскорбилъ меня сознательно. Однимъ словомъ,-- со страстью говоритъ онъ,-- въ томъ состояніи, до котораго онъ довелъ меня, я убилъ-бы его, если-бъ могъ, и я старался сдѣлать это.
-- Вы сжали эту вашу руку опять,-- замѣчаетъ мистеръ Криспаркль совершенно покойнымъ тономъ.
-- Прошу извинить меня, сэръ.
-- Вы знаете, гдѣ ваша комната, такъ какъ передъ обѣдомъ я показалъ ее вамъ, во я еще разъ провожу васъ до нее. Вашу руку, пожалуйста. Осторожнѣе, всѣ въ домѣ спятъ.
Взявъ снова, какъ и ранѣе, Невиля подъ руку, съ твердостью и ловкостью настоящаго полицейскаго агента, но такъ непринужденно, что для новичка оно было незамѣтно, мистеръ Криспаркль ведетъ своего воспитанника въ уютную, аккуратно прибранную старую комнату, приготовленную для него. Войдя въ нее, юноша бросается на стулъ и, облокотившись на письменный столъ, закрываетъ обѣими руками лицо, съ видомъ человѣка, крайне недовольнаго собой.
Младшій каноникъ уже составилъ себѣ планъ:-- уйти изъ комнаты, не сказавъ Невилю больше ни слова. Но, посмотрѣвъ изъ дверей на жалкую фигуру, сидѣвшую у стола, онъ вернулся назадъ, тихонько дотронулся до Невиля и сказалъ: "Спокойной ночи!" Вмѣсто отвѣта онъ услышалъ подавленное рыданіе.
-- Это могло кончиться гораздо хуже,-- подумалъ каноникъ выходя изъ комнаты.
Спускаясь по лѣстницы къ себѣ, мистеръ Криспаркль услышалъ новый стукъ въ дверь. Онъ открылъ ее, и передъ нимъ оказался мистеръ Джасперъ со шляпой Невиля въ рукахъ.
-- У насъ произошла съ нимъ ужасная сцена,-- тихо говоритъ мистеръ Джасперъ.
-- Развѣ ужъ такая ужасная?