-- Я хочу отъ нея освободиться, я не въ силахъ выносить этого дольше. Если я терпѣлъ до сихъ поръ, то благодаря тому, что лучшая дѣвушка въ мірѣ жалѣла и уговаривала меня. Еслибъ не она, пожалуй, давно бы впалъ въ буйное помѣшательство.
-- Боюсь, сэръ, что онъ домогается свободы ради женитьбы на той дѣвушкѣ,-- вполголоса замѣтила миссисъ Спарситъ, глубоко оскорбленная безнравственностью простонародья.
-- Вотъ именно. Эта лэди права. Именно этого я и хочу. Я только что собирался коснуться этого вопроса. Случалось мнѣ читать въ газетахъ, что знатные люди (пошли имъ Господи всякаго благополучія, я не желаю имъ зла) не связаны брачными узами такъ крѣпко, на радость и на горе, и что они могутъ расторгать свои несчастные браки, чтобъ жениться снова. Вѣдь, у нихъ, если мужъ не сходится характеромъ съ женою, принято жить на разныхъ половинахъ, чтобъ не мѣшать другъ другу; у бѣднаго же люда одна комната, гдѣ супруги не могутъ жить порознь. А если и этого имъ недостаточно, такъ, вѣдь, у нихъ есть большіе капиталы; они могутъ сказать другъ другу: "вотъ это твое, а это мое" и разъѣхаться въ разныя стороны. А намъ и то недоступно. Вдобавокъ, они могутъ формально развестись изъ-за меньшихъ обидъ, чѣмъ мои. Значитъ, я могу избавиться отъ этой женщины, и потому хочу знать, какъ за это взяться. Какъ можно это устроить?
-- Да никакъ,-- возразилъ мистеръ Баундерби.
-- Если я нанесу моей женѣ какой нибудь вредъ, то существуетъ ли такой законъ, сэръ, по которому я буду наказанъ?
-- Разумѣется, существуетъ.
-- Если я сбѣгу отъ нея, есть такой законъ, по которому меня покараютъ?
-- Разумѣется, есть.
-- А если я, женатый, женюсь на той хорошей дѣвушкѣ то опять таки буду наказанъ по закону?
-- Несомнѣнно.