-- Подите сюда!-- сказалъ Энтони, кивая Пексниффу, чтобъ тотъ приблизился.-- Джонсъ будетъ моимъ наслѣдникомъ, Джонсъ будетъ богатъ и сдѣлается для васъ лакомымъ кусочкомъ. Вы это знаете. А Джонсъ амурится съ вашею дочерью!
-- Я и это знаю,-- подумалъ мистеръ Пексниффъ:-- потому что слышалъ уже нѣсколько разъ.
-- Онъ накопилъ бы безъ нея больше денегъ,-- продолжалъ старикъ:-- но она поможетъ ему сберечь ихъ. Она не слишкомь молода и происходитъ отъ прижимистаго корня. Но не совѣтую вамъ хитрить черезчуръ. Она держитъ его только на ниточкѣ; если вы слишкомъ натянете эту нитку, нитка порвется -- я знаю его нравъ. Но вы человѣкъ глубокій и сумѣете съ нимъ справиться. Что, развѣ я не замѣтилъ, какъ вы закинули ему удочку-то, а?
Старый Энтони потиралъ себѣ руки, потомъ опять жаловался на холодъ и черезъ минуту погрузился въ прежнюю безчувственность.
Хотя свиданіе это было весьма неудовлетворительно, но оно снабдило мистера Пексниффа намекомъ, который для него не пропалъ. Этотъ почтенный джентльменъ не имѣлъ еще случая проникнуть въ глубину умственныхъ и душевныхъ качествъ мистера Джонса; а потому онъ считалъ полезнымъ знать рецептъ для пріобрѣтенія такого зятя. Между тѣмъ, Энтони заснулъ, и какъ мистеръ Пексниффъ ни старался шумѣть чашками, тарелками, ножами и тому подобнымъ -- потому что онъ дѣятельно занялся чаемъ -- какъ ни кашлялъ, какъ ни сморкался, ни чихалъ,-- все было напрасно. Мистеръ Джонсъ воротился домой, а Энтони все спалъ.
-- Каково, онъ снова спитъ!-- вскричалъ сынъ.-- Да какъ онъ храпитъ, послушайте ка!
-- Онъ громко храпитъ,-- замѣтилъ мистеръ Пексниффъ.
-- Громко!.. Да онъ храпитъ за шестерыхъ!
-- Знаете ли, мистеръ Джонсъ,-- не тревожьтесь только!-- а вашъ батюшка значительно ослабѣлъ.
-- О, будто бы? Но вы не знаете, какъ онъ тугъ. Онъ еще и не думаетъ тронуться.