-- Имя прежнее?-- сказалъ Бэйли, оскаля зубы.
Джонсъ посмотрѣлъ на него съ нѣмымъ негодованіемъ.
-- Что, вы не помните старую матушку Тоджерсь? Забыли, какъ я ходилъ съ вашимъ именемъ къ молодымъ дѣвицамъ, когда вы приходили туда волочиться? А теперь времена перемѣнились, не такъ ли? Однако, вы выросли!
Не дожидая отвѣта на этотъ комплиментъ, Бэйли-Младшій повелъ гостя наверхъ, возвѣстилъ его имя и удалился.
Нижній этажъ дома занималъ одинъ богатый купецъ, но мистеръ Монтегю пользовался всѣмъ верхнимъ. Жилище было великолѣпное. Комната, въ кокорой хозяинъ принялъ Джонса, была пространна, роскошна и меблирована съ величайшею пышностью, украшена картинами, мраморными и алебастровыми копіями съ древнихъ статуй, фарфоровыми вазами, высокими зеркалами, штофными занавѣсами, роскошными клетками, раззолоченною рѣзьбою и всякаго рода дорогими бездѣлушками. Гости, кромѣ Джонса, были: докторъ Англо-Бенгальскаго Общества, резидентъ-директоръ и два другіе джентльмена, которыхъ Монтегю представилъ Джонсу должнымъ порядкомъ.
-- Любезный другъ, я въ восторгѣ, что вижу васъ. Джоблинга, вы кажется, знаете?
-- Надѣюсь, что имѣю эту честь!-- сказалъ докторъ съ самодовольствіемъ, пожимая Джонсу руку.-- Почтенный сэръ, надѣюсь, вы здоровы? Прекрасно.
-- Мистеръ Нольфь -- мистеръ Чодзльвитъ!-- продолжалъ Монтегю.-- Мистеръ Пипъ -- мистеръ Чодзльвитъ.
Оба джентльмена были очень рады случаю познакомиться съ мистеромъ Чодзльвитомъ. Докторъ отвелъ Джонса въ сторону и шепнулъ ему:
-- Люди свѣтскіе, почтенный сэръ. Гм! Мистеръ Вольфъ литераторъ... замѣчательныя статьи въ еженедѣльной газетѣ -- замѣчательныя! Мистеръ Пипъ -- театралъ... о, удивительный человѣкъ!