-- Да она набила мнѣ въ ротъ мыла,-- сказалъ несчастный страдалецъ слабымъ голосомъ.
-- А развѣ вамъ была нужда разѣвать ротъ?-- отвѣчала мистриссъ Бриггъ.-- Кто тутъ станетъ церемониться за полкроны въ день? Если вы хотите, чтобъ васъ нѣжили, такъ надобно платить.
-- Охъ!-- стоналъ больной.-- Ахъ, Боже мой!
-- Вотъ! вскричала мистриссъ Бриггъ.-- Вотъ какъ онъ ведетъ себя все время съ тѣхъ поръ, какъ я подняла его съ постели.
-- Вмѣсто того, чтобы быть благодарнымъ за всѣ наши заботы...-- замѣтила мистриссъ Гемпъ.-- Стыдитесь, сударь, стыдитесь!
Тутъ мистриссъ Бриггъ схватила больного за подбородокъ и принялась причесывать щеткою несчастную голову.
-- Что, и это не нравится!-- сказала она.
Очень возможно, что это ему не нравилось, потому что щетка была жестка, какъ скребница.
Пригладивъ волосы такъ нѣжно, обѣ сидѣлки принялись навязывать ему шейный платокъ, уставя рубашечные воротнички такъ, что накрахмаленные кончики ихъ попали ему въ глаза. Потомъ начали надѣвать жилетъ и сюртукъ, причемъ ворочали его безпощадно, каждую пуговку застегивали не въ ту петлю; сапоги его были также надѣты не на ту ногу; словомъ, бѣдный паціентъ чувствовалъ себя очень неловко.
-- Кажется, что вы не такъ меня одѣли,-- проговорилъ онъ едва слышнымъ голосомъ.-- Я чувствую, какъ будто на мнѣ чужое платье. Я весь скривленъ; вы сдѣлали одну ногу короче другой. Въ карманѣ моемъ бутылка. Зачѣмъ посадили вы меня на бутылку?