-- Но я не могу удаляться. У меня не достаетъ на это силъ. О, мистриссъ Тоджерсъ! Еслибъ вы только знали, какъ много меня утѣшаетъ ея носъ!
-- Ея носъ, сударь?
-- Вообще ея профиль, но въ особенности носъ. Онъ такъ похожъ на носъ той...-- (и мистеръ Моддль предался порыву горести) -- той, которая принадлежитъ другому!
Мистриссъ Тоджерсъ не замедлила передать этотъ разговоръ Черити, которая засмѣялась; однако, въ тотъ же вечеръ сдѣлалась къ мистеру Моддлю гораздо снисходительнѣе, и какъ можно чаще оборачивалась къ нему бокомъ. Мистеръ Моддль быль не менѣе всегдашняго сентименталенъ,-- даже больше; но онъ смотрѣлъ на нее съ влажными взорами, исполненными благодарности.
-- Ну, что, сударь?-- сказала ему на другое утро мистриссъ Тоджерсь.-- Вы вчера вечеромъ были добрѣе.
-- Потому только, что она такъ похожа на нее. Когда она говоритъ или улыбается, мнѣ кажется, что я вижу лицо той, мистриссъ Тоджерсъ!
И эти слова были переданы Черити, которая въ тотъ вечеръ болтала и улыбалась очаровательнѣе, чѣмъ когда нибудь. Потомъ она пригласила мистера Моддля сыграть въ криббеджъ. Они сыграли нѣсколько робберовъ, и Моддль постоянно проигрывалъ: это отчасти можно приписывать его вѣжливости, а отчасти и тому, что глаза его много разъ наполнялись слезами, такъ что онъ принималъ тузовъ за десятки, валетовъ за дамъ и т. д.
Черезъ недѣлю мистеръ Моддль смотрѣлъ уже другимъ человѣкомъ. Черезъ другую, онъ поцѣловалъ въ коридорѣ щипцы миссъ Пексниффъ, вмѣсто ея руки. Короче, онъ началъ чувствовать, что "назначеніе" миссъ Пексниффъ состоитъ въ томъ, чтобъ его утѣшить, а она принялась размышлять о возможности сдѣлаться мистриссъ Моддль. Онъ былъ молодой джентльменъ съ видами на будущее и "почти" съ достаткомъ. Дѣла смотрѣли очень хорошо.
Да, сверхъ того, его считали влюбленнымъ въ Мерси, которая нѣкогда шутила надъ нимъ и говорила о немъ, какъ о завоеванномъ сердцѣ. Наружностью, манерами, языкомъ, нравомъ, онъ былъ лучше Джонса. Съ нимъ было бы легко управиться и его можно было бы безъ труда сдѣлать покорнымъ почитателемъ прихотей супруги -- словомъ, онъ походилъ на ягненка, а Джонсъ былъ сущій медвѣдь. Вотъ, что было важнѣе всего!
Между тѣмъ криббеджъ продолжался, и младшій джентльменъ сталъ рѣшительно предпочитать общество миссъ Пексниффъ обществу мистриссъ Тоджерсъ. Онъ даже началъ уходить изъ своей конторы ранѣе урочныхъ часовъ.