Джонъ Вестлокъ посмотрѣлъ на него съ изумленіемъ.
-- Я не желаю ему зла,-- сказалъ Томъ Пинчъ:-- но и не забочусь о немъ. Я оставилъ его, Джонъ... навсегда!
-- Добровольно?
-- Если хочешь, такъ нѣтъ, потому что онъ отказалъ мнѣ. Но я до того времени узналъ, что ошибался въ немъ и не остался бы у него ни за что. Ты былъ правъ, Джонъ; но увѣряю тебя, что мнѣ было больно убѣдиться въ такой истинѣ.
Томъ ожидалъ, что пріятель его расхохочется при этой вѣсти, но тотъ пощадилъ его чувствительность и молчалъ.
-- Все это было только сномъ и теперь прошло,-- сказалъ Томъ со вздохомъ.-- Въ другое время я разскажу тебѣ все, но теперь не могу, Джонъ.
-- Клянусь тебѣ, Томъ,-- возразилъ его пріятель, послѣ краткаго молчанія и съ чувствомъ:-- когда я посмотрю на тебя, какъ глубоко ты огорченъ, то не знаю, радоваться или печалиться тому, что ты сдѣлалъ такое открытіе. Я даже упрекаю себя за то, что смѣялся надъ этимъ.
-- Дружище!-- сказалъ Томъ, протягивая ежу руку.-- Ты поступилъ очень благородно, что въ такомъ духѣ выслушалъ мое признаніе. Ты не можешь вообразить, какую тяжесть снялъ съ души моей. Ну,-- прибавилъ онъ весело:-- теперь я сердито нападу на кабанью голову!
Хозяинъ, которому послѣднія слова Тома напомнили объ обязанностяхъ гостепріимства, принялся нагружать тарелку своего гостя всѣми родами неудобосмѣшиваемыхъ яствъ. Томъ позавтракалъ очень плотно и чувствовалъ себя гораздо бодрѣе.
-- Ну,-- сказалъ Джонъ, глядя съ удовольствіемъ на насыщеніе своего посѣтителя:-- потолкуемъ теперь о твоихъ планахъ. Ты остановишься у меня, безъ сомнѣнія. Гдѣ твои вещи?