Глава XLI. Мистеръ Джонсъ и его другъ рѣшаются на одно предпріятіе.
Контора Англо-Бенгальскаго Общества Застрахованія Жизни и Займовъ была недалеко отъ пристани, и мистеръ Монтегю привезъ своего друга прямо туда.
Джонсъ сбросилъ съ себя плащъ, не имѣя больше нужды скрываться, скомкалъ его на колѣняхъ и сидѣлъ въ кабріолетѣ такъ далеко отъ своего сосѣда, какъ только позволяло мѣсто. Наружность и манеры его какъ-то странно перемѣнились: онъ казался человѣкомъ выслѣженнымъ и пойманнымъ; но лицо его выражало какое то намѣреніе, отъ котораго оно казалось совершенно другимъ: оно было мрачно, недовѣрчиво, подло; но сильная рѣшимость пробивалась на немъ сильнѣе и сильнѣе, и уничтожала уныніе и боязнь. Физіономія его никогда не была привлекательна, слѣдовательно, теперь еще меньше, чѣмъ когда нибудь; на губахъ его оставались глубокіе слѣды зубовъ; но видно было, что онъ рѣшился на какую то отчаянную крайность. Подъѣхавъ къ конторѣ Англо-Бенгальскаго Общества, онъ уже совершенно пришелъ въ себя, смѣло выскочилъ изъ кабріолета и взбѣжалъ по лѣстницѣ наверхъ въ залу засѣданія.
Предсѣдатель слѣдовалъ за нимъ и, затворивь за собою двери, раскинулся на софѣ. Джонсъ сталъ у окна и смотрѣлъ на улицу.
-- Нехорошо, Чодзльвитъ!-- сказалъ, наконецъ, Монтегю.-- Нехорошо, клянусь душою!
-- Чего же вы отъ меня хотѣли? Чего ждали?-- отвѣчалъ Джонсъ отрывисто.
-- Довѣренности, любезный другъ, довѣренности.
-- Гмъ! Вы со мною очень довѣрчивы, не правда ли?
-- А развѣ нѣтъ? Развѣ я не открылъ вамъ замысловъ, которые составилъ для нашей общей выгоды? И чѣмъ мнѣ отплачено? Намѣреніемъ убѣжать!
-- Почему вы это знаете? Кто вамъ сказалъ?