-- Дома? То есть, гдѣ же это?-- отвѣчалъ ей Ральфъ тоже вопросомъ.
-- Съ мамой, конечно,-- сказала Кетъ выразительно.
-- Собственно говоря, ты будешь жить въ мастерской,-- отвѣчалъ Ральфъ,-- такъ какъ здѣсь ты будешь обѣдать и проводить время съ утра до ночи, а иной разъ, можетъ быть, и до утра.
-- А хотѣла сказать: гдѣ я буду ночевать, дяди?-- поправилась Кетъ.-- И не могу совсѣмъ разстаться съ мамой. Должно же у меня быть какое-нибудь мѣсто, которое я могла бы считать своимъ домомъ,-- то мѣсто, гдѣ будетъ жить мама. Можетъ быть, это будетъ очень скромный домъ...
-- Можетъ быть,-- повторилъ Ральфъ съ раздраженіемъ и даже быстрѣе зашагалъ отъ досады, вызванной въ немъ этимъ замѣчаніемъ.-- Навѣрно, а не можетъ быть. Не сошла ли съ ума эта дѣвчонка?
-- Простите, дядя, можетъ быть, я нечаянно употребила не то слово,-- пробормотала въ смущеніи Кетъ.
-- Надѣюсь, что такъ,-- пробурчалъ Ральфъ.
-- Но вы все-таки не отвѣтили мнѣ на вопросъ, дядя.
-- Вотъ видишь ли, я такъ и предчувствовалъ, что услышу что-нибудь въ этомъ родѣ и -- хотя я лично рѣшительно этому не сочувствую -- уже придумалъ кое-что, чтобы успокоить твои тревоги. Ты будешь приходящей швеей; такимъ образомъ, ты можешь, если непремѣнно этого желаешь, ходить ночевать въ свой домъ очень скромный, разумѣется.
Уже и это было большимъ утѣшеніемъ для Кетъ, и она не знала, какъ ей благодарить дядю. Ральфъ принялъ ея благодарность, какъ человѣкъ, сознающій, что онъ вполнѣ ее заслужилъ. Затѣмъ они продолжали свой путь, не говоря ни слова, пока не пришли къ тому дому, гдѣ обитала царица модъ. Надъ входною дверью изящнаго подъѣзда красовалась огромная мѣдная доска съ именемъ г-жи Манталини и обозначеніемъ ея профессіи. Въ нижнемъ этажѣ помѣщалась парфюмерная лавка. Квартира и магазинъ г-жи Манталини находились въ бель-этажѣ,-- о чемъ доводила до свѣдѣнія почтеннѣйшей публики цѣлая выставка элегантныхъ шляпокъ новѣйшихъ фасоновъ и богатыхъ дамскихъ нарядовъ, красовавшихся въ изящно задрапированныхъ окнахъ.