-- Что же это можетъ быть, Тильда?-- спросила миссъ Сквирсъ, сжимая губы и принимая такой видъ, какъ будто ничто во вселенной: ни на землѣ, ни въ водѣ, ни въ воздухѣ, ни въ огнѣ, не могло доставить ей ни малѣйшаго удовольствія.
-- Вотъ въ чемъ дѣло,-- продолжала миссъ Прайсъ, вчера, послѣ того, какъ мы съ тобой разстались, между мною и Джономъ произошла страшная ссора.
-- Но въ этомъ нѣтъ ничего пріятнаго для меня,-- сказала миссъ Сквирсъ, и ехидная улыбочка скользнула по ея лицу.
-- Я не такъ дурно думаю о тебѣ, чтобы предположить, что это могло доставить тебѣ удовольствіе. Дѣло вовсе не въ этомъ.
-- А!-- произнесла миссъ Сквирсъ, снова принимая меланхолическій видъ.-- Такъ продолжай.
-- Послѣ того, какъ мы наговорили другъ другу много непріятныхъ вещей и поклялись никогда больше не видѣться, мы все-таки пришли къ соглашенію, и сегодня утромъ Джонъ отправился въ церковь вписать въ книгу наши имена для оглашенія въ ближайшее воскресенье. Такимъ образомъ, черезъ три недѣли наша свадьба, и я пришла предупредить тебя объ этомъ, чтобы ты успѣла приготовить себѣ платье.
Въ этомъ извѣстіи заключалось для миссъ Сквирсъ много желчи и меду. Желчью была близость свадьбы подруги, а очевидность того факта, что миссъ Прайсъ не имѣетъ серьезныхъ видовъ на Николая былъ медъ. Но въ общей сложности сладкаго было все-таки больше, чѣмъ горькаго, и миссъ Сквирсъ обѣщала, что ея платье будетъ готово къ назначенному сроку и выразила надежду, что Тильда будетъ счастлива въ супружествѣ, хотя она, Фанни, сильно сомнѣвается въ этомъ, такъ какъ ей хорошо извѣстно, какіе всѣ мужчины коварныя созданія, и что большинство несчастныхъ женъ раскаиваются вть томъ что вышли замужъ. Къ этимъ утѣшительнымъ сентенціямъ миссъ Сквирсъ присовокупила нѣсколько другихъ, въ такой же мѣрѣ способныхъ поднять и оживить бодрость духа у молодой особы, вступающей въ бракъ.
-- А теперь, Фанни,-- сказала Тильда,-- я хочу поговорить съ тобой о молодомъ Никкльби.
-- Онъ болѣе для меня не существуетъ; я слишкомъ презираю его!-- прервала ее миссъ Сквирсъ, обнаруживая всѣ признаки приближавшейся истерики.
-- О, нѣтъ, ты этого не думаешь, я увѣрена,-- возразила подруга.-- Неужели, Фанни, ты не любишь его больше?