-- Нѣтъ, есть еще кое-что, что я хотѣлъ бы выяснить,-- пробормоталъ онъ съ полуулыбкой, взглянувъ на миссъ Сквирсъ,-- но я, право, не знаю, какъ и приступить къ этому объясненію, не рискуя показаться фатомъ. Во всякомъ случаѣ, позвольте спросить, не предполагаетъ ли миссъ, что я... ну, словомъ, не думаетъ ли она, что я влюбленъ въ нее?
"О, какъ восхитительно это смущеніе",-- подумала миссъ Сквирсъ.-- "Наконецъ-то я довела его до объясненія въ любви".-- Отвѣть ему за меня, моя дорогая,-- шепнула она своей подругѣ.
-- Думаетъ ли она, что вы въ нее влюблены?-- подхватила миссъ Прайсъ.-- Конечно, думаетъ, она увѣрена въ этомъ.
-- Увѣрена!-- вскричалъ Николай съ такою энергіею, что, при нѣкоторомъ желаніи, это восклицаніе можно было принять за взрывъ чувствъ осчастливленнаго человѣка.
-- Конечно,-- подтвердила миссъ Прайсъ.
-- Тильда, если мистеръ Никкльби сомнѣвается,-- проворковала, краснѣя, миссъ Сквирсъ,-- то можетъ успокоиться: на его чувства отвѣчаютъ взаим...
-- Постойте,-- съ живостью прервалъ Николай.-- Выслушайте меня. Это самая странная, самая грубая ошибка, самое невѣроятное и дикое заблужденіе, въ какое когда-либо впадалъ человѣкъ! Я видѣлъ эту особу не болѣе десяти разъ, но если бы я видѣлъ ее тысячу, десять тысячъ разъ, дѣло отъ этого нисколько не измѣнилось бы. У меня только одна надежда, одно желаніе, одна цѣль, говорю это не за тѣмъ, чтобы оскорбить ее, а чтобы показать свои настоящія чувства,-- одно стремленіе покинуть это проклятое мѣсто, никогда не возвращаться въ него, изгладить изъ своей памяти всякое воспоминаніе о немъ, а если это окажется невозможнымъ, то вспоминать о немъ съ глубокимъ отвращеніемъ.
Послѣ этого, въ высшей степени недвусмысленнаго объясненія, сдѣланнаго со всею горячностью, какую только могла внушить человѣку злоба и негодованіе, Николай ушелъ, не ожидая отвѣта.
Бѣдная миссъ Сквирсъ! Какое перо опишетъ досаду, гнѣвъ, ярость, вихрь горькихъ, жгучихъ мыслей, охватившихъ ее! Отвергнута! Отвергнута учителемъ, нанятымъ по газетному объявленію за ничтожную плату, пять фунтовъ въ годъ, да и то весьма сомнительныхъ! Отвергнута жалкимъ нищимъ! Унижена, и передъ кѣмъ! Передъ ничтожной восемнадцатилѣтней дѣвчонкой, дочерью мельника, которая черезъ три недѣли станетъ женою человѣка, до сумасшествія влюбленнаго въ нее и на колѣняхъ просившаго ея руки! При одной мысли о такомъ оскорбленіи миссъ Сквирсъ была готова лопнуть съ досады.
Но среди ея терзаній ей оставалось одно большое утѣшеніе: теперь вѣдь было ясно, что она въ правѣ презирать и ненавидѣть Николая всѣми силами своей злобной душонки, какъ истинная представительница рода Сквирсовъ. Теперь ей можно будетъ каждый день, каждый часъ унижать гордость этого человѣка, утолять мимо мстительность мелкими обидами, оскорбленіями и мелочными придирками, которыя не могутъ не задѣть за живое самое безчувственное существо, а для такого гордеца, какъ Николай, будутъ невыносимы. Успокоивъ себя этими размышленіями, миссъ Сквирсъ, желая выйти съ честно изъ непріятнаго положенія, заявила своей подругѣ, что у мистера Никкльби очень странный и вспыльчивый характеръ, и что она, пожалуй, будетъ вынуждена ему отказать. На этомъ подруги разстались.