-- Я должна сейчасъ идти?-- спросила Кетъ, слегка отодвигаясь отъ него.
Ральфъ пожалъ плечами.
-- Какъ хочешь,-- проговорилъ онъ.-- Тамъ всѣ уже собрались и сію минуту подаютъ обѣдать.
Кетъ очень хотѣлось выпросить себѣ хоть нѣсколько минутъ отсрочки, но, вспомнивъ, что дядя заплатилъ за ея экипажъ и, пожалуй, сочтетъ, что ему возвратили долгъ не сполна, если она позволитъ себѣ такое, промедленіе, она позволила ему взять ея руку и покорно пошла за нимъ.
Въ первой гостиной было семь или восемь человѣкъ джентльменовъ, стоявшихъ кружкомъ у огня. Они говорили такъ громко, что не слыхали, какъ вошли дядя съ племянницей. Ральфъ тронулъ за рукавъ одного изъ этихъ господъ и своимъ всегдашнимъ рѣзкимъ голосомъ, но съ какимъ-то особеннымъ, торжественнымъ выраженіемъ, видимо желая привлечь вниманіе всей компаніи, сказалъ:
-- Лордъ Верисофтъ, моя племянница, миссъ Никкльби.
Группа съ удивленіемъ разступилась; джентльменъ, къ которому обращался Ральфъ, обернулся, и Кетъ увидѣла передъ собой изящнѣйшаго покроя свѣтлую фрачною пару, не уступающею ей по качеству пару бакенбардъ, безукоризненный проборъ и молодое лицо.
-- Э, чортъ возьми, что я вижу!-- произнесъ джентльменъ.
Съ этими словами онъ вставилъ въ глаза монокль и обратилъ изумленный взглядъ на миссъ Никкльби.
-- Моя племянница, милордъ,-- повторилъ Ральфъ.