-- Подождите минутку,-- сказалъ онъ.-- Мы пришли но дѣлу, и дѣло наше не изъ пріятныхъ. Гдѣ вашъ хозяинъ?
-- Мой, кто?-- переспросила Кетъ, дрожа отъ страха. "Мало ли что можетъ означать на воровскомъ нарѣчіи слово хозяинъ", подумала она.
-- Г-нъ Манталини,-- пояснилъ незнакомецъ.-- Онъ дома?
-- Онъ, кажется, наверху,-- отвѣчала Кетъ, немного успокоенная этимъ вопросомъ.-- Вамъ его нужно?
-- Мнѣ-то не особенно его нужно, а вотъ ему такъ будетъ, пожалуй, полезно поговорить со мной во избѣжаніе непріятныхъ хлопотъ. Вы потрудитесь только передать ему эту карточку и сказать, что я здѣсь, больше ничего.
Съ этими словами незнакомецъ вручилъ Кетъ толстую квадратную карточку и, повернувшись къ своему пріятелю, замѣтилъ все съ тѣмъ же развязнымъ видомъ: "А комнаты недурны", съ чѣмъ тотъ вполнѣ согласился, прибавивъ въ видѣ поясненія, что "въ этакихъ палатахъ маленькій мальчишка можетъ спокойно рости и вырасти въ высокаго мужчину, не рискуя стукнуться головой о потолокъ".
Кетъ дала звонокъ, на который должна была явиться г-жа Манталини, потомъ взглянула на карточку и увидѣла на ней фамилію Скэли и еще какія-то слова. Но прочесть ихъ она не успѣла, такъ какъ вниманіе ея было отвлечено самимъ мистеромъ Скэли. Подойдя къ одному изъ бывшихъ въ комнатѣ высокихъ трюмо, онъ стукнулъ своей палкой въ самую середину стекла такъ хладнокровно, какъ будто это было не стекло, а желѣзо.
-- А хорошая это посудина, Тиксъ,-- сказалъ онъ своему компаньону.
-- Еще бы,-- поддержалъ его мистеръ Тиксь, оставляя слѣды всѣхъ пяти пальцевъ и въ томъ числѣ двойной отпечатокъ большого на кускѣ шелковой матеріи небосно-голубого цвѣта, которую онъ щупалъ -- Да и эта вещица, я думаю, немалыхъ денегъ стоитъ.
Съ шелковой матеріи мистеръ Таксъ перенесъ свое восхищеніе на разныя элегантныя статьи дамскаго туалета, а мистеръ Скэли тѣмъ временемъ, стоя передъ трюмо, поправилъ на досугѣ галстухъ и за симъ перешелъ къ подробному изученію прыщика на своемъ подбородкѣ. Онъ былъ еще поглощенъ этимъ глубокомысленнымъ занятіемъ, когда въ магазинъ вошла г-жа Манталини, вырвавшееся у нея восклицаніе удивленія заставило его обернуться.