-- Позвольте,-- говорилъ мистеръ Кромльсъ, стаскивая съ себя парикъ изгнанника въ видахъ охлажденія крови для наилучшаго разсмотрѣнія предстоящей ему задачи.-- Позвольте, сегодня у насъ среда. Завтра утромъ мы первымъ дѣломъ расклеимъ афиши съ анонсомъ, что въ вечернемъ спектаклѣ имѣетъ быть послѣдній вашъ выходъ.
-- Но вѣдь онъ будетъ, можетъ быть, не послѣднимъ,-- замѣтилъ Николай.-- Мнѣ не хотѣлось бы ставить васъ въ затрудненіе, и если меня не вызовутъ въ Лондонъ, я не уйду до конца недѣли.
-- Тѣмъ лучше. Тогда мы возвѣстимъ послѣдній вашъ выходъ, во-первыхъ, въ четвергъ, затѣмъ въ пятницу -- по желанію публики, и наконецъ, въ субботу -- уступая настоятельнымъ просьбамъ многихъ вліятельныхъ лицъ, нашихъ меценатовъ, которымъ не удалось получить мѣстъ на прежнія представленія. Это доставитъ намъ три весьма приличныхъ сбора.
-- Мнѣ значитъ предстоитъ три послѣднихъ выхода?-- проговорилъ Николай, улыбаясь.
-- Да,-- отвѣчалъ мистеръ Кромльсъ и продолжалъ, почесывая голову съ видимой досадой,-- три выхода... Оно, конечно, маловато и противъ всякихъ правилъ, но дѣлать нечего: помочь горю нельзя, значитъ и толковать не о чемъ. Желательно было бы, по крайней мѣрѣ, угостить публику какой-нибудь новинкой. Не можете ли вы, напримѣръ, пропѣть верхомъ на пони комическую пѣсенку?
-- Нѣтъ, рѣшительно не могу,-- отвѣчалъ Николай.
-- Жаль! Эта штука доставляла намъ сборы,-- проговорилъ мистеръ Кромльсъ съ разочарованнымъ видомъ -- Ну, а что вы скажете насчетъ фейерверка?
-- Скажу, что это будетъ дорого стоить,-- отвѣтилъ сухо Николай.
-- Пустяки -- не больше восемнадцати пенсовъ. Вы станете на верхнюю ступеньку нашей эстрады для трона, ступенькой ниже Феноменъ -- въ позѣ. На заднемъ планѣ транспарантъ съ надписью: "Прощайте", а по бокамъ девять воиновъ съ фалшвейерами -- по фалшвейеру въ каждой рукѣ. Всѣ восемнадцать огней загораются разомъ... Великолѣпно! Очень внушительно съ передняго фаса.
Но такъ какъ Николай не только не проникся великолѣпіемъ предложеннаго эффекта, но даже отнесся къ нему весьма непочтительно, расхохотавшись отъ всего сердца, проектъ мистера Кромльса погибъ въ самомъ зародышѣ. Мистеръ Кромльсъ угрюмо замѣтилъ, что видно придется удовольствоваться обыкновеннымъ дивертисментомъ съ характерными танцами и примѣрнымъ сраженіемъ, и на этомъ покончилъ.