Настала длинная пауза. Наконецъ, Ральфъ, все. это время что-то соображавшій, прервалъ молчаніе, спросивъ:
-- Кто такой этотъ мальчикъ, котораго онъ увелъ тогда съ собой?
Сквирсъ назвалъ.
-- Большой онъ или маленькій, здоровый или болѣзненный, изъ смирныхъ или волченокъ?
-- Гм... маленькимъ его нельзя назвать,-- отвѣчалъ Сквирсъ нерѣшительно,-- т. е. для ребенка, понимаете.
-- Другими словами, онъ уже не цебенокь. Такъ, что ли?
-- Ну, да,-- подхватилъ Сквирсъ съ готовностью, какъ будто этотъ вопросъ развязалъ ему языкъ,-- ему лѣтъ девятнадцать. Но кто его не знаетъ, не дастъ ему этихъ лѣтъ, потому что онъ немножко того (тутъ мистеръ Сквирсъ дотронулся пальцемъ до своего лба)... какъ бы это сказать?... Не всѣ дома; сколько ни стучись, толку не будетъ.
-- Должно быть, вы это говорите по опыту, а?-- спросилъ Ральфъ.
-- Отчасти,-- отвѣчалъ Сквирсъ, улыбаясь.
-- Когда вы увѣдомляли меня о полученіи денегъ, вы писали мнѣ также, что покровители этого мальчика давно куда-то скрылись, не оставивъ вамъ никакой руководящей нити, но которой можно было бы добраться, кто онъ. Правда ли это?