-- Это совершенная правда,-- согласилась Тильда,-- и я тогда почти рѣшилась никогда больше не заговаривать съ тобой.
-- Почти,-- повторилъ посмѣиваясь Джонъ,-- почти рѣшилась! А сама всю дорогу подговаривалась да поддѣлывалась ко мнѣ. Я ей: "Зачѣмъ ты позволяешь этому молокососу ухаживать за тобой?" (это я про васъ), а она мнѣ: "Право, ты ошибаешься, милый" и при этомъ пожимаетъ мнѣ руку. "Такъ вправду ошибаюсь?" -- "Разумѣется", и еще сильнѣе жметъ мнѣ руку.
-- Боже мой, Джонъ, какъ не стыдно тебѣ болтать такой вздоръ!-- воскликнула молодая женщина, краснѣя до корней волосъ, и, желая остановить этотъ потокъ нескромныхъ воспоминаній, прибавила: -- Мнѣ и въ голову не приходило ничего подобнаго.
-- Ужъ не знаю, приходило ли тебѣ это въ голову или нѣтъ (хотя увѣренъ, что происходило), но знаю, что ты все это продѣлала,-- возразилъ Джонъ.-- "Да, да,-- говорилъ я ей,-- ты непостоянная, вѣтренная кокетка".-- "Нѣтъ, неправда, я не вѣтреница, Джонъ".-- "Не смѣй мнѣ возражать послѣ того, что произошло у тебя съ нихъ.-- "Съ учителемъ-то?" -- "Да, съ нимъ".-- "Послушай, Джонъ,-- тутъ она заговорила мнѣ въ самое ухо и при этомъ все крѣпче да крѣпче пожимаетъ мнѣ руку,-- послушай, неужели ты думаешь, что я могла бы промѣнять такого красавца, какъ ты, на какого-то жиденькаго ферта-мальчишку?" Такъ и сказала про васъ, ха, ха, ха! "Ну, такъ назначай день свадьбы,-- сказалъ я тогда,-- и забудемъ всѣ наши ссоры". Ха, ха, ха!
Николай отъ души хохоталъ, слушая этотъ разсказъ, особенно надъ прозвищемъ жиденькаго ферта-мальчишки, которымъ его окрестила Тильда, хотя это и не очень-то льстило его самолюбію Но онъ хотѣлъ успокоить волненіе сконфуженной молодой женщины, оправданій которой за общимъ смѣхомъ совсѣмъ не было слышно. Веселость Николая ее ободрила, она продолжала протестовать противъ приписываемыхъ ей словъ и поступковъ, но при этомъ сама такъ искренно смѣялась, что заставила Николая окончательно повѣрить всему, что разсказывалъ Джонъ.
-- Всего только второй разъ я сижу съ вами за однимъ столомъ и только третій разъ мы встрѣчаемся, а между тѣмъ я чувствую себя съ вами, какъ со старыми друзьями,-- сказалъ Николай.
-- Точно такъ же, какъ и я съ вами,-- отвѣчали на это Джонъ.
-- И я тоже,-- прибавила его супруга.
-- Да, только это совсѣмъ не то же самое. У меня есть на то особенныя причины, а именно -- благодарность. Если бы не ваша доброта, мой другъ, доброта, на которую я не имѣлъ права разсчитывать, не знаю, что было бы со мною теперь и какъ бы я выпутался изъ бѣды.
-- Давайте-ка лучше поговоримъ о другомъ,-- проворчалъ, насупившись, Джонъ,-- а это прескучная матерія, право!