-- А вы, сэръ, вы безсовѣстный, неблагодарный, безсердечный мальчишка!-- сказалъ Сноули, обращаясь къ перепуганному Смайку.-- Ты отталкиваешь мою любовь, когда мое сердце стремится къ тебѣ. Поѣдешь ты со мной? Поѣдешь ли, наконецъ?-- Да или нѣтъ?
-- Нѣтъ, нѣтъ, нѣтъ!-- воскликнулъ Смайкъ въ ужасѣ.
-- Онъ никогда никого не любилъ!-- заоралъ Сквирсъ въ замочную скважину.-- Онъ никогда не любилъ ни меня, ни Вакфорда, этого воплощеннаго ангела. Какъ же вы хотите, чтобы онъ полюбилъ отца? Онъ никогда его не любилъ и никогда не полюбитъ. Онъ даже не знаетъ, что такое отецъ, не понимаетъ этого, испорченный, безсердечный мальчишка!
Мистеръ Сноули съ минуту горестно смотрѣлъ на Смайка; затѣмъ одной рукой закрылъ лицо, а другую со шляпой снова воздѣлъ къ потолку въ знакъ своего глубокаго огорченія черною неблагодарностью сына; наконецъ, вытеръ глаза рукавомъ, поднялъ съ полу шляпу мистера Сквирса и, сунувъ ее подъ мышку, вышелъ изъ комнаты медленными, невѣрными шагами человѣка, убитаго горемъ.
-- Кажется, сэръ, на этотъ разъ мечты ваши разбиты,-- сказалъ Ральфъ Николаю, останавливаясь въ дверяхъ.-- Воздушный замокъ, которымъ вы себя тѣшили, разлетѣлся, какъ дымъ. Тотъ, кого вы считали несчастнымъ преслѣдуемымъ наслѣдникомъ знатнаго рода, оказался просто-на-просто жалкимъ слабоумнымъ ребенкомъ самаго обыкновеннаго небогатаго торговца. Увидимъ, что-то вы теперь запоете.
-- Что жъ, и увидите,-- отвѣтилъ Николай, указывая ему на дверь
-- Повѣрьте, я и не разсчитывалъ, что вы тотчасъ сдадитесь,-- добавилъ Ральфъ.-- Вы слишкомъ для этого горды и упрямы и слишкомъ дорожите вашей репутаціей великодушнаго, благороднаго рыцаря. Но скоро ваша рѣшимость разсыплется прахомъ. Вы узнаете на собственной шкурѣ, что такое долгій, разорительный судебный процессъ; вы познакомитесь съ муками ожиданія, съ томительными, тревожными днями и безсонными ночами и повѣрьте, что, несмотря на все ваше самомнѣніе, ваше высокомѣріе будетъ сокрушено. Когда же вы превратите въ адъ этотъ домъ, когда вы станете вымещать вашу злобу и огорченія на этомъ несчастномъ (это непремѣнно такъ будетъ, я знаю васъ) и на тѣхъ, кто теперь видитъ въ васъ героя, рыцаря безъ страха и упрека, тогда мы сведемъ съ вами наши старые счеты и посмотримъ, кто изъ насъ двухъ останется въ выигрышѣ и кто окажется болѣе благороднымъ даже во мнѣніи свѣта.
Съ этими словами Ральфъ вышелъ. Но мистеръ Сквирсъ, слышавшій послѣднюю часть его рѣчи и терзаемый безсильною злобой, не могъ устоять противъ искушенія излить ее хоть какимъ-нибудь способомъ. Появившись въ дверяхъ, съ нечеловѣческой гримасой на своемъ отвратительномъ лицѣ, онъ выкинулъ какое-то нелѣпое антраша, долженствовавшее выразить его торжество но поводу скораго пораженія и погибели Николая.
Исполнивъ этотъ воинственный танецъ, въ которомъ немалую роль играли его короткія панталоны и огромные сапоги, мистеръ Сквирсъ послѣдовалъ за своими друзьями, предоставивъ семейству Никкльби размышлять на досугѣ обо всемъ случившемся.