-- Которая совершенно мѣняетъ все дѣло,-- рѣзко перебилъ его Ральфъ.-- Теперь дайте мнѣ хорошенько подумать, и я вамъ сейчасъ скажу, на какихъ условіяхъ я возьмусь вамъ помочь въ вашемъ предпріятіи.
-- Только не будьте жестоки, Никкльби!-- воскликнулъ Артуръ дрожащимъ отъ волненія голосомъ, съ мольбой простирая руки къ своему другу.-- Не будьте жестоки! И все-то состояніе такая бездѣлица, что не стоитъ и говорить. Берите десять шиллинговъ, и дѣлу конецъ. Это много, страшно много, но вы были со мною такъ милы... Берите десять, и по рукамъ. Согласны?
Не обращая никакого вниманія на эти мольбы, Ральфъ нѣсколько минутъ сидѣлъ нахмуривъ брови и задумчиво глядя на своего собесѣдника; наконецъ, какъ будто придя къ какому-то рѣшенію, онъ прервалъ молчаніе и, надо отдать ему справедливость, безъ всякихъ безполезныхъ предисловій прямо при ступилъ къ дѣлу.
-- Если вы женитесь на этой дѣвушкѣ безъ моей помощи,-- казалъ онъ,-- я получу съ васъ весь мой долгъ сполна, потому что только при этомъ условіи вы можете освободить старика. И такъ, я долженъ получить всю сумму полностью, ибо ясно, какъ день, что иначе я не только ничего не выигрываю, но даже проигрываю, принимая участіе въ этомъ дѣлѣ. Это пунктъ первый предъявленныхъ мною условій. Пунктъ второй: за мои хлопоты по устройству вашего счастія я получаю пятьсотъ фунтовъ. Это очень немного, принимая въ разсчетъ, что розовыя губки, прелестныя локоны и все прочее остается въ вашемъ полномъ владѣніи. Пунктъ третій и послѣдній: я требую, чтобы мнѣ была немедленно выдана росписка въ томъ, что вы обязуетесь уплатить обѣ эти суммы въ день вашего бракосочетанія съ миссъ Мадленой Брэй. Вы только-что сами говорили, что я умѣю настоять на своемъ. Ну, такъ вотъ я настаиваю на этомъ; я предлагаю вамъ условія и знайте, ничего не спущу. Соглашайтесь или нѣтъ, ваше дѣло. Во всякомъ случаѣ, если вы женитесь, я ничего не теряю, потому что получаю свой долгъ сполна.
Ральфъ оставался глухимъ ко всѣмъ доводамъ, ко всѣмъ мольбамъ Грайда хоть что-нибудь уступить. Повидимому, онъ даже не хотѣлъ больше говорить объ этомъ предметѣ, и въ то время, какъ старый Артуръ ужасался чудовищности его требованій и торговался, какъ жидъ, постепенно надбавляя и надбавляя цѣну, онъ сидѣлъ, не поднимая на него глазъ и углубившись въ какія-то записи своей карманной книжки. Убѣдившись, наконецъ, что его другъ все равно останется непреклоннымъ, Артуръ Грайдъ скрѣпя сердце согласился на всѣ его требованія, и достойные друзья немедленно принялись писать обязательство по всѣмъ правиламъ, на форменномъ бланкѣ (которые у Ральфа для такихъ случаевъ всегда имѣлись въ запасѣ), причемъ Грайдъ съ своей стороны поставилъ условіемъ, что мистеръ Никкльби сейчасъ же отправится съ ними къ мистеру Брэю и, если къ тому представится случай, начнетъ съ нимъ переговоры.
Такимъ образомъ оба джентльмена вскорѣ ушли, и какъ только за ними захлопнулась дверь, Ньюмэнъ Ногсъ, съ бутылкой въ рукахъ, выползъ изъ шкафа, откуда онъ не разъ, съ рискомъ быть пойманнымъ, высовывалъ свой красный носъ въ тѣхъ мѣстахъ разговора, которыя интересовали его особенно сильно.
-- Теперь у меня пропалъ аппетитъ,-- сказалъ Ньюмэнъ, засовывая бутылку въ карманъ.-- Накормили до отвала, можно сказать.
Высказавъ это замѣчаніе самымъ горестнымъ тономъ, Ньюмэнъ въ одинъ прыжокъ очутился у двери и тѣмъ же способомъ вернулся на прежнее мѣсто.
-- Не знаю, кто эта дѣвушка и что она изъ себя представляетъ,--продолжалъ онъ,-- но мнѣ такъ ее жаль, что просто все сердце обливается кровью, когда я думаю о ней. А между тѣмъ, чѣмъ я могу ей помочь? Чѣмъ могу помочь сотнѣ людей, противъ которыхъ ежедневно замышляются козни? Но то, что я слышалъ сейчасъ, это ужъ такая гадость, какую трудно себѣ и представить. И зачѣмъ я это узналъ? Только напрасно буду терзаться. Хотя и то взять: хуже отъ этого никому не будетъ, кромѣ меня самого. Грайдъ и Никкльби! Вотъ такъ парочка! Ахъ, негодяи, негодяи, негодяи!
Каждое повтореніе этого слова сопровождалось ударомъ кулака по злополучной шляпѣ мистера Ногса. За третьимъ разомъ Ньюмэнъ, у котораго, надо замѣтить, мысли нѣсколько путались вслѣдствіе того, что, сидя въ своемъ заключеніи, онъ довольно таки часто прикладывался къ бутылкѣ, отправился искать утѣшенія въ вареной говядинѣ съ зеленью, которая его ждала въ сосѣднемъ трактирѣ.