"Свиньи здоровы,-- читалъ мистеръ Сквирсъ,-- коровы то же, а мальчишки дерутся. Маленькій Спрутеръ сталъ щуриться; была ли у него раньше эта дурная привычка?" -- Постой, я ему покажу щуриться, дайте мнѣ только вернуться.-- "Гобби продолжаетъ сопѣть за обѣдомъ и увѣряетъ, что это оттого, что ему даютъ жесткое мясо".-- Ладно, ладно, мистеръ Гобби, ты у меня засопишь и безъ мяса!--"У Питчера опять сдѣлался тифъ".-- Вотъ еще бѣда съ этимъ мальчишкой!-- "Родители взяли его домой, и онъ умеръ у нихъ на другой день".-- Опять такая же штука. Чистое надувательство! Надо же было ему умереть какъ разъ передъ окончаніемъ четверти. Опять четвертная плата въ трубѣ! А все благодаря этой проклятой системѣ взноса заднимъ числомъ.-- "Пальмеръ-младшій продолжаетъ упорствовать въ своемъ желаніи уйти на небо".-- Просто недоумѣваю, что мнѣ съ нимъ дѣлать! Вѣчно у него на умѣ всякая чепуха! Эта фантазія ничуть не лучше той, когда онъ выразилъ желаніе быть осломъ, потому что тогда у него, по крайней мѣрѣ, не будетъ отца, который его ненавидитъ. И это называется шестилѣтній ребенокъ! Какая испорченность!
Мистеръ Сквирсъ до такой степени огорчился такимъ проявленіемъ черствости въ столь юномъ существѣ, что съ досадой сунулъ письмо въ карманъ и попытался найти утѣшеніе въ разсужденіяхъ на тему нѣсколько иного свойства.
-- Однако, долгонько таки засидѣлся я въ Лондонѣ! Шесть недѣль,-- да вѣдь это цѣлая вѣчность, особенно когда живешь въ такой дырѣ, въ которой порядочный человѣкъ не проживетъ и недѣли. Но съ другой стороны, сто фунтовъ равняются цѣлымъ пятерымъ мальчишкамъ, да и то если еще получишь съ нихъ полностью, не говоря уже о расходахъ на пищу и прочее. Притомъ же, надо взять въ разсчетъ, что я ничего не теряю, потому что жизнь здѣсь не стоитъ мнѣ ни гроша, а плата за дѣтей и безъ меня вносится аккуратно; насчетъ порядка въ домѣ мистриссъ Сквирсъ у меня дока. Потерянное время я тоже живо наверстаю; дня два, и расправѣ конецъ, и все войдетъ въ свою колею. Во всякомъ случаѣ сотня фунтовъ плата хорошая за два дня, хотя бы даже усиленной работы, которая потребуется, чтобы вернуть мальчишекъ къ прежней дисциплинѣ. Однако, пора, кажется, и къ старухѣ. Судя по тому, что она мнѣ сказала вчера, надо полагать, что сегодня мы съ ней или покончимъ дѣло ладкомъ или ужъ придется все бросить. Ну-ка, еще стаканчикъ! За успѣхъ! Мистриссъ Сквирсъ, ваше здоровье, моя милая!
Подмигнувъ своимъ единственнымъ глазомъ такъ выразительно, какъ будто очаровательная леди, за здоровье которой онъ пилъ, присутствовала здѣсь самолично, мистеръ Сквирсъ такъ увлекся этой иллюзіей, что налилъ стаканъ до краевъ и осушилъ его залпомъ. А такъ какъ въ бутылкѣ заключался довольно крѣпкій напитокъ, и мистеръ Сквирсъ не разъ къ ней прикладывался въ этотъ вечеръ, то немудрено, что онъ пришелъ въ самое веселое настроеніе духа и въ эту минуту стоялъ вполнѣ на высотѣ предстоящей ему задачи.
Читатель узнаетъ сейчасъ, въ чемъ она состояла. Пройдясь нѣсколько разъ по комнатѣ, чтобы размять свои ноги, Сквирсъ взялъ бутылку подъ мышку, прихватилъ стаканъ, потушилъ свѣчу, очевидно, не разсчитывая скоро вернуться, тихонько проскользнулъ въ дверь, пробрался на цыпочкахъ по корридору къ противоположнымъ дверямъ и легонько постучался.
-- Впрочемъ, на кой чортъ я стучу? Вѣдь она все равно глуха, какъ тетеря,-- пробормоталъ онъ.-- Не думаю, чтобы я засталъ ее врасплохъ, а если бы и такъ, мнѣ что за дѣло!
И Сквирсъ безъ дальнѣйшихъ церемоній тихонько пріотворилъ дверь. Удостовѣрившись, что въ каморкѣ, еще болѣе жалкой, чѣмъ его собственная, не было никого, кромѣ старухи, грѣвшейся у чуть тлѣющаго огонька (на дворѣ было очень холодно, несмотря на то, что стояла еще осень), онъ вошелъ и дружески потрепалъ ее по плечу со словами:
-- Какъ поживаете, моя голубушка?
-- Ахъ, это вы?-- сказала Пегъ.
-- Конечно, я, кто же другой! Я -- мѣстоименіе личное перваго лица, единственнаго числа, именительнаго падежа. Подразумѣвается глаголъ "есмь" и существительное "Сквирсъ". Все вмѣстѣ означаетъ мое присутствіе здѣсь. Притяжательное мѣстоименіе мое будетъ мой въ мужескомъ родѣ, моя -- въ женскомъ, мое -- въ среднемъ, мои -- во множественномъ числѣ всѣхъ трехъ родовъ,-- отбарабанилъ Сквирсъ всѣ свои грамматическія познанія.-- Впрочемъ, я это или не я, ты все равно будешь въ проигрышѣ, старая колотовка, и въ этомъ вся суть.