-- А такъ какъ теперь ты основательно знакомъ съ понятіемъ "лошадь",-- продолжалъ Сквирсъ, обращаясь къ мальчугану,-- то ступай и вычисти мою лошадь; да смотри, вычисти хорошенько, не то самъ получишь знатную чистку. Остальные отправляйтесь таскать воду, пока васъ не позовутъ, потому что завтра стирка и надо наполнить котлы.
Съ этими словами Сквирсъ распустилъ первый классъ изучать на практикѣ философію и бросилъ на Николая насмѣшливый взглядъ, въ которомъ, однако, сквозило сомнѣніе, какъ будто онъ былъ не вполнѣ увѣренъ, что о немъ подумаетъ его помощникъ.
-- Вотъ какова, Никкльби, принятая нами система,-- сказалъ онъ послѣ минутнаго молчанія.
Николай пожалъ едва замѣтно плечами и отвѣчалъ, что онъ это видитъ.
-- Система прекрасная, могу васъ увѣрить,-- продолжалъ Сквирсъ.-- Однако, теперь потрудитесь заняться чтеніемъ съ остальными; пора и вамъ приниматься за дѣло; здѣсь у насъ не принято сидѣть сложа руки.
Послѣднюю часть своей рѣчи мистеръ Сквирсъ произнесъ неожиданно строгимъ тономъ, какъ будто вдругъ спохватившись, что онъ позволилъ себѣ слишкомъ большую фамильярность съ помощникомъ. Впрочемъ, можетъ быть, ему просто не понравилось, что Николай не разсыпался въ восторженныхъ похвалахъ его системѣ и заведенію.
По приказанію школьнаго учителя, остальные четырнадцать мальчугановъ выстроились полукругомъ передъ каѳедрой новаго наставника, и минуту спустя Николай уже слушалъ скучное, монотонное чтеніе съ запинками на каждомъ словѣ. Читалась одна изъ тѣхъ въ высшей степени поучительныхъ исторій, какія можно встрѣтить только въ старинныхъ букваряхъ.
Въ этомъ интересномъ занятіи медленно проползло утро. Ровно въ часъ воспитанники отправились на кухню, гдѣ, испортивъ имъ весьма предусмотрительно аппетитъ какою-то картофельною бурдою, имъ подали кусокъ твердой, какъ дерево, солонины, причемъ Николаю было дано милостивое разрѣшеніе съѣсть свою порцію на собственной каѳедрѣ Послѣ обѣда наступила новая часовая рекреація, во время которой дѣти попрежнему сидѣли на скамьяхъ, съежившись и дрожа отъ холода.
У мистера Сквирса былъ обычай собирать воспитанниковъ послѣ каждой поѣздки въ столицу и читать имъ нѣчто вродѣ отчета о томъ, кого изъ ихъ друзей и родныхъ онъ видѣлъ, какія узналъ отъ нихъ новости, кому изъ дѣтей привезъ письма, съ кого получилъ плату сполна, кто у него остался въ долгу и т. д. Эта торжественная процедура происходила всегда послѣ обѣда на другой деньпо возвращеніи почтеннаго педагога. Очень можетъ быть, что, заставляя дѣтей такимъ образомъ томиться неизвѣстностью цѣлое утро, мистеръ Сквирсъ руководствовался желаніемъ развить въ нихъ стойкость характера, хотя тутъ могло дѣйствовать и другое соображеніе, а именно, разсчетъ на то, что спиртные напитки, потреблявшіеся имъ послѣ ранняго обѣда, должны укрѣпить въ немъ самомъ суровость и непреклонность. Какъ бы то ни было, дѣти, отозванныя отъ исполненія своихъ обязанностей,- кто изъ сада, кто изъ конюшни, кто съ чернаго двора, кто изъ сарая,-- были въ полномъ составѣ, когда вошелъ мистеръ Сквирсъ съ пачкой какихъ-то бумагъ, за нимъ слѣдовала мистриссъ Сквирсъ съ двумя тростями въ рукѣ.
-- Первому, кто скажетъ хоть слово, я спущу всю шкуру со спины,-- торжественно провозгласилъ мистеръ Сквирсъ, водворяя тишину.