-- А какія вы думаете надо принять мѣры? спросилъ мистеръ Джонсъ.
-- Я не могу теперь сказать, отвѣчалъ сэръ Кадвалледеръ:-- я еще не обдумалъ зрѣло этотъ вопросъ и не имѣю достаточно фактовъ. Я получилъ очень лестное приглашеніе присутствовать на обѣдѣ общества взаимнаго улучшенія въ среду и сказать нѣсколько словъ. Быть можетъ, я найду тогда удобнымъ высказать мое безусловное осужденіе всякаго нарушенія закона, въ какой бы формѣ оно ни выражалось. Мои слова будутъ имѣть, конечно, большое значеніе для низшаго класса, и быть можетъ, я при этомъ укажу этимъ людямъ, какъ бы я желалъ, чтобы они держали себя въ случаѣ нарушеніа закона.
При мысли объ этомъ обѣдѣ, сэръ Кадвалледеръ просіялъ: найденъ былъ случай помѣстить съ успѣхомъ фразы о щитѣ и паровомъ молотѣ.
Черезъ нѣсколько минутъ, Джонсы, стали прощаться, но лэди Гугъ не хотѣла объ этомъ и слышать, уговаривая ихъ остаться и выпить чаю. Хлоя, которой уже сильно надоѣло занимать разговоромъ миссъ Глоріану Джонсъ, съ ужасомъ думала, что ея сестру поймаютъ на словѣ, но, по счастью, Джонсы уѣхали, говоря, что имъ необходимо было сдѣлать еще нѣсколько визитовъ.
-- Наконецъ-то, ихъ унесло! воскликнула Алиса, какъ только дверь затворилась за Джонсами: -- я ужь думала, что они никогда не уѣдутъ. Вотъ надоѣли-то. Пойдемъ, Хлоя, въ паркъ, мнѣ тошно отъ духовъ мистрисъ Джонсъ; отъ нея всегда несетъ мускусомъ. А ты слышала какъ она говорила о Лондонѣ, о высшемъ обществѣ, о лэди Космополь, словно она что-нибудь понимаетъ? Неужели она не понимаетъ, что она просто дура!
XIV.
Цвѣты краснорѣчія, которые сэръ Кадвалледеръ, повидимому, расточалъ передъ своей семьей и Джонсами, были подслушаны садовникомъ, который пололъ сорную траву въ цвѣточныхъ куртинахъ подъ отворенными окнами гостиной. Онъ передалъ слова баронета избранному обществу, собиравшемуся въ сосѣднемъ кабачкѣ, и поднялся такой презрительный смѣхъ, что волоса сэра Кадвалледера встали бы дыбомъ, еслибы онъ это слышалъ.
-- Такъ этотъ дуракъ думаетъ, что отъ одного его слова мы перестанемъ стрѣлять дичь и ловить рыбу! произнесъ одинъ:-- пусть себѣ тѣшится.
-- Онъ полагаетъ, замѣтилъ другой: -- что мы должны плясать отъ радости, когда онъ заговоритъ съ кѣмъ-нибудь изъ насъ! Но онъ только притворяется, что насъ любитъ; онъ даже не отличаетъ насъ одного отъ другого.
-- Конечно, прибавилъ третій: -- онъ въ прошломъ году заходилъ три раза въ мою хижину и каждый разъ спрашивалъ, хорошо ли дѣти учатся въ школѣ, а у насъ и дѣтей-то не осталось, всѣ перемерли. Жена говорила ему объ этомъ каждый разъ, но гдѣ ему помнить, есть ли дѣти или нѣтъ у бѣдныхъ людей?