-- Я не думаю, чтобы это была правда, произнесъ онъ: -- подобное положеніе вещей могло бы только существовать въ такой мѣстности, гдѣ крупные землевладѣльцы не пользовались бы популярностью среди народа, благодаря своей скупости, гордости и нежеланію посѣщать низшіе классы или интересоваться ими. Но у насъ этого положительно нѣтъ, и я могу смѣло сказать, что здѣсь низшій классъ не поддержитъ нарушенія правъ собственности тѣхъ изъ джентльмэновъ, которые снискали его расположеніе, выказали себя щедрыми и всегда готовыми поощрять всѣ усилія къ его просвѣщенію и улучшенію его положенія. Напримѣръ, скажу про себя, мои скромныя попытки въ этомъ направленіи вполнѣ оцѣнены тѣми, кому я старался помочь и я убѣжденъ, что мои бѣдные сосѣди питаютъ ко мнѣ достаточно любви, чтобъ помѣшать имъ принять участіе или просто дозволить незаконную охоту на моей землѣ. Меня прикроетъ лучшій щитъ -- любовь народа, сознающаго, какъ я неизмѣримо выше его и какъ многимъ онъ мнѣ обязанъ.
Сэръ Кадвалледеръ чувствовалъ, что онъ былъ слишкомъ краснорѣчивъ для пятерыхъ слушателей, но утѣшалъ себя мыслью, что великолѣпная фраза о любви народа, служащей лучшимъ щитомъ, не пропадетъ даромъ, такъ какъ ему, конечно, вскорѣ придется публично говорить объ этомъ предметѣ.
-- Вы совершенно правы, сэръ Кадвалледеръ, отвѣчалъ мистеръ Джонсъ, пораженный ораторскимъ талантомъ депутата, но знавшій гораздо болѣе его о фактическомъ распространеніи въ околодкѣ незаконной охоты и рыбной ловли: -- такой джентльмэнъ, какъ вы, не долженъ бы страдать отъ нарушенія вашихъ правъ собственности низшими классами, но, по несчастію, на свѣтѣ много злонамѣренныхъ людей, для которыхъ нѣтъ ничего святого. Мнѣ только что разсказывали, что на рѣкѣ, близь Традиральта, вчера ночью, тридцать или сорокъ человѣкъ, съ запачканными сажей лицами, открыто багрили лососей. Никто имъ не мѣшалъ, а мѣстные жители преспокойно смотрѣли съ моста на этотъ грабежъ.
-- Мнѣ еще объ этомъ не докладывали, произнесъ сэръ Кадвалледеръ:-- но, безъ сомнѣнія, я вскорѣ получу объ этомъ самыя достовѣрныя свѣдѣнія, и убѣжденъ, что вашъ разсказъ окажется ложнымъ или, по крайней мѣрѣ, сильно преувеличеннымъ.
-- Вашъ участокъ рѣки, кажется, лежитъ близь Традиральта?-- спросилъ мистеръ Джонсъ.
-- Да, отвѣчалъ сэръ Кадвалледеръ: -- и тамъ живетъ нѣсколько моихъ фермеровъ, которые, конечно, не дозволили бы открыто воровать мою рыбу. Они слишкомъ меня любятъ и уважаютъ, чтобы самимъ нарушить или дозволить другимъ нарушить права того класса, къ которому я принадлежу. Впрочемъ, я полагаю, что мнѣ не мѣшаетъ публично заявить при первомъ удобномъ случаѣ, что я не сочувствую и не одобряю потачкамъ незаконной охотѣ или рыбной ловлѣ.
-- Я надѣюсь, что вы это сдѣлаете, сэръ Кадвалледеръ, замѣтила мистрисъ Джонсъ:-- страшно подумать, что люди въ маскахъ ходятъ по ночамъ съ зажженными факелами, открыто нарушаютъ наши права собственности, словно краснокожіе индѣйцы -- и никто имъ не препятствуетъ. Вѣдь, пожалуй, они послѣ этого вздумаютъ грабить дома и убивать людей? Лэди Лоллапъ обѣщала пріѣхать къ намъ погостить, а я ужь начинаю думать, не написать ли ей, чтобы она отложила свое посѣщеніе до болѣе мирнаго времени?
-- Успокойтесь, мистрисъ Джонсъ, отвѣчалъ съ достоинствомъ баронетъ: -- я считаю себя въ правѣ сказать, что вамъ нечего опасаться. Можетъ быть, какіе-нибудь пришельцы производятъ кое-гдѣ безпорядки -- вотъ и все. По моему мнѣнію, зло не могло пустить корней. Наконецъ, не забывайте, что въ случаѣ крупныхъ безпорядковъ, мы... т. е. высшій классъ, выкажетъ свою энергію и сокрушитъ всякую тѣнь мятежа, какъ паровой молотъ уничтожаетъ пустую скорлупа яйца.
Баронетъ умолкъ на минуту, наслаждаясь цвѣтами своего краснорѣчія и находя, что паровой молотъ еще лучше щита.
-- Во всякомъ случаѣ, продолжалъ онъ:-- я очень радъ, что вернулся домой въ эту минуту. Если наступитъ какая-нибудь опасность, то мое присутствіе и мое вліяніе, какъ бы слабо оно ни было, можетъ принести пользу. Я надѣюсь, и могу почти поручиться, что мой народъ возстанетъ какъ одинъ человѣкъ по моему зову, для защиты закона и порядка.