Здесь были отложены слоистые осадочные образования, ныне нарушенные, перепутанные, во многих случаях совершенно разрушенные и до такой степени измененные и метаморфизированные действием изверженной массивной породы, что определить их возраст невозможно. Эти метаморфизированные образования, то варьирующие от светло- до темно-зеленоватого цвета, то красноватые, доходящие по богатству кремнеземом до яшмовидности, местами приобретают даже характер хлоритового сланца или серпентина. Слоистость почти всегда явственна, но сами слои сильно нарушены и мощность их колеблется между 5 и 70 сантиметрами.
Своеобразная группа, образуемая Никольской горой вместе с Сигнальным мысом и как бы выдвинутая из Авачинской губы для отделения от нее Петропавловской бухты, всего яснее обнаруживает описываемые породы. Сами слои полого падают на восток к этой маленькой бухте, между тем как головы их образуют крутые утесы со стороны Авачинской губы. Против Никольской, с восточной стороны порта, полого поднимается длинный, покрытый растительностью горный кряж -- Шестаковская Падь, у которой расположен городок Петропавловск. Последние ряды городских домов располагаются уже по косогору. Далее к северу появляются горы с закругленными вершинами и, прежде всего, -- Меженная гора, отделенная только глубокой седловиной от Шестаковской Пади. Над этой седловиной между названными горами как бы в красивых зеленых воротах выступает издалека чудная коническая фигура Коряцкой сопки, теперь уже в полном зимнем облачении. В то время как вершина вулкана представляется уже ослепительно белой, на более низких его частях из снега выдаются еще черные продольные гребни. Безжизненно поднимается этот колосс в виду города, тогда как не уступающий ему по размерам и всегда дымящийся сосед его -- Авачинская сопка -- скрыт от взоров Шестаковской Пади.
Почти конусообразная Меженная гора, а равно и примыкающие к ней с севера также конусообразные горы представляют, по-видимому, изверженную андезитовую массу. Как у Меженной, так и к северу от нее, у подошвы таких же конических гор, я находил коренные месторождения массивной породы с плотной, мелкозернистой, светло-серой основной массой и с вкрапленными бесчисленными блестящими черными иглообразными кристаллами роговой обманки, а местами -- с яснокристаллическими зернышками стекловатого полевого шпата. Местами основная масса приобретает красноватый цвет и вместе с тем становится более богата стекловатым полевым шпатом.
В конце небольшой бухты Сероглазки эта порода представляется в виде громадного лавового потока, спускающегося с высоты в виде сильно истрескавшейся массы. Конец потока, близко подходящий к морю, состоит из беспорядочно наваленных обломков той же породы. Представляет ли эта похожая на поток лавы андезитовая или трахитовая масса продукт самых древних извержений Авачинского вулкана, -- остается, конечно, открытым вопросом, во всяком случае, она очень близко подходит к подошве этого вулкана.
За исключением андезитовых высот Меженной, вершина которой образуется красноватой и даже несколько пористой породой, берега от деревни Авачи до внутренних частей Раковой губы состоят большею частью из вышеназванных, богатых кремнеземом слоистых пород, многократно нарушенных, почти все зеленоватых и варьирующих от яшмы до хлоритового сланца. На Шестаковской, напротив, выходит плотный, совершенно темно-серый, глинистый сланец, прорезанный многочисленными прожилками белого кварца. Еще далее по этой горе, описываемая порода становится все более тонкосланцеватой, но остается с теми же кварцевыми прожилками. Местами отделяются тонкие плитки, имеющие 3 -- 4 фута поверхности, но большею частью согнутые и сжатые с боков. На поверхности плиток часто замечается бурая окраска от окиси железа.
Главное направление падения этих слоев можно определить SSW 20°. Слои же Никольской и Сигнального мыса, напротив, падают почти в противоположном направлении, и я очень склонен думать, что как пласты глинистого сланца на Шестаковской Пади, так и зеленые, проникнутые кремнеземом и метаморфизированные слои Никольской первоначально составляли одно целое и лежали здесь горизонтально. Далее я предполагаю, что благодаря какой-то катастрофе эти горизонтальные слои посередине треснули и опустились, дав начало обращенным друг к другу пологим склонам, из которых на восточном теперь расположен город. Средняя же впадина залита не большой, но глубокой Петропавловской бухтой. Итак, здесь образовалась долина с пологими боками, середина которой занята не большим, но глубоким заливом; в то же время головы слоев, образующих Шестаковскую Падь и ныне изолированную Никольскую гору, круто поднялись у первых -- на восток, у вторых -- на запад. Далее, быть может, не лишено основания предположение, что главный толчок имел место ближе к Никольской. Такое предположение основывается на том, что на более удаленной Шестаковской глинистые сланцы остались менее изменеными и только прониклись многочисленными кварцевыми прожилками, между тем как слои Никольской вполне метаморфизированы: кварцевые массы инфильтрировали здесь всю породу, сообщив ей, быть может, благодаря принесенным окислам меди, зеленый цвет и, дико перепутав слои, оставили лишь едва узнаваемую слоистость. Вся внешность этих слоев, а равно и близлежащие извержения андезита, образующие Меженную гору, более чем ясно указывают на такую катастрофу. Точно так же напрашивается предположение, что естественный мол (Кошка), лишь на несколько футов поднимающийся над водой и замыкающий Петропавловскую бухту с юга, представляет дайк, образовавшийся во время той же катастрофы. Благодаря большей прочности составлявшей его породы, этот дайк, немало содействовавший метаморфозе целого, мог противостоять последующим опустошительным процессам успешнее, чем разрушенные, легче выветривающиеся слои, прорезанные им.
Направляясь к югу от Петропавловска, мы встречаем выход слоистой, богатой кремнеземом породы, затем приобретающей более массивный характер. Можно сказать, что это конгломерат, состоящий из богатой кремнеземом породы. Далее следуют сильно нарушенные и перепутанные слои красноватой, стекловатой яшмовидной породы, а еще далее эта порода становится совершенно светло-серою, проникается белыми кварцевыми жилами и обнаруживает на зальбандах зеленый налет окиси меди. У Соленого озера находится совершенно та же порода, что и у Сигнального мыса. Затем у Медвежьей наблюдается местами тонкий, местами грубый конгломерат, который состоит из красноватых, буроватых и разного рода серых, светло пятнистых обломков, сцементированных серым и желтоватым, похожим на песчаник, туфом.
На Богородской наблюдается совершенно разрушенная порода, представляющаяся то более похожей на хлоритовую, то на серпентинную, но, во всяком случае, весьма богатая кварцем и окремнелая. Рядом с этой породой находится другая -- черная, также весьма богатая кремнеземом и испещренная белыми точками; последняя большею частью выветрилась и распалась.
Берег у Стрелки состоит из той же слоистой, совершенно проникнутой кремнеземом зеленоватой породы, как и на Никольской. Еще далее, простираясь в глубь Раковой губы, встречаются лишь конгломераты, образуемые самым разнообразным материалом из числа уже переименованных пород.
Эти совершенно разрушенные массы составляют здесь границу участка, в котором древневулканические извержения действовали на ранее здесь находившуюся осадочную формацию, метаморфизировав последнюю до неузнаваемости ее возраста. Начиная отсюда, по всему юго-восточному и юго-западному берегу Авачи непрерывно проходят следы воздействия друг на друга различных, более старых и новых вулканических пород: в самом диком беспорядке здесь появляются вертикальные жилы, изверженные массивы, особенно же громадные скопления всякого рода продуктов разрушения, начиная с самых тонкозернистых конгломератов и брекчий и кончая самыми грубыми. Мы встречаем то тонкий, даже слоистый песчаник из вулканического пепла, то включенные в этот песчаник закругленные и угловатые обломки всякой величины, даже целые глыбы. Твердые, плотные базальтовые и трахитовые массы перемежаются здесь с выветрившимися и распавшимися. Реже встречаются пористые или образовавшиеся из застывших потоков массы. Все последние, однако, представляют, по-видимому, самые новые из изверженных образований и большею частью не отличаются от лав.