-- Князь, садись в сани и поезжай своей дорогой, а нас оставь. Завтра я тебе обо всем расскажу, а теперь не тревожь нас, -- резко промолвил Храпунов.
-- Оставить вас? Ни за что на свете! Нет, приятель скромник, теперь от вас я не отстану, куда вы, туда и я. Ну, чего хмуришься, Левушка? Скорее знакомь меня со своей сударушкой, не то отобью!..
-- Ох, князь, не ошибись: едва ли тебе отбить меня у Левушки придется, -- проговорила Маруся, и гневом сверкнули ее красивые глаза.
-- Ой, ой! Да ты, как видно, из бойких! Люблю таких! Брось Левушку, садись со мною в сани!
-- А про невесту свою, графиню молодую, видно, забыл?
-- Невеста невестой, а ты полюби меня, молодца! Право, полюби!.. В накладе не будешь.
-- Опомнись, князь! Видно, ты много выпил вина, не помнишь, что говоришь, -- упрекнул Храпунов приятеля.
-- Сколько я выпил, до этого тебе дела нет, а вот твою сударку я отобью у тебя. Эй, девица-красавица, поедем со мною!.. Не поедешь по доброй воле, силою увезу! -- И князь Иван хотел было схватить Марусю.
-- Прочь! Не тронь! -- не своим голосом крикнул Храпунов и с такой силой оттолкнул Долгорукова, что тот не устоял на ногах и полетел в снег.
Пока он вставал и отряхивался от снега, Левушка с Марусей быстро повернули назад, к хибарке Марины. Храпунов не мог теперь оставить одну девушку и решил проводить ее до дома.