-- Мне Бог поможет, сестрица, у меня будут опытные руководители и помощники.
-- Первым вашим руководителем и помощником, государь, буду я, -- вслушиваясь в разговор, происходивший между братом и сестрою, самоуверенно проговорил Меншиков.
-- Вы, князь? -- быстро спросил Петр, стараясь скрыть свое неудовольствие.
-- Да, ваше величество, на то было желание покойной императрицы.
-- Хорошо, князь... я... я... постараюсь выполнить это желание. Пойдем, сестра, поклониться телу нашей покойной бабушки-императрицы.
Император-отрок, проговорив эти слова, вошел с сестрой в комнату, где скончалась государыня, и преклонил колено пред ее телом. Великая княжна последовала его примеру.
Все, чего жаждал Меншиков, теперь было достигнуто. Он стал чуть не полновластным властелином над всею Русью, регентом государства. Верховный тайный совет не ограничивал его власти. Члены совета беспрекословно делали то, что хотел Меншиков, и горе было тому, кто в чем-либо не соглашался с ним. Его слово, его послание было для всех законом.
Сразу же по кончине императрицы Меншиков показал свою власть, и некоторые родовитые вельможи принуждены были покинуть не только двор, но и Петербург. Прежде всего Меншиков постарался отдалить от императора Петра II Долгогуковых и для этого из дворца перевез юного императора в свой новый роскошный дом.
Петр не любил Меншикова. Да и мог ли он любить человека, который наделал так много зла его покойному отцу, царевичу Алексею? С большой неохотой ехал Петр в дом временщика.
-- Ах, Наташа, как в ссылку иду я в дом Меншикова, ненавистен он мне, да и дом его, и его дочь, моя невеста, так же ненавистны, -- тихо сказал он, расставаясь с сестрой.