Как-то в Горицкий монастырь приехал сам Андрей Иванович Ушаков, страшный начальник тайной канцелярии. Все засуетились, забегали. Игуменья и монахини не помнили себя от страха. Ушаков приказал показать место заточения Екатерины Долгоруковой. Его повели к знатной колоднице, и он в сопровождении настоятельницы монастыря вошел к заключенной. На него пахнуло зловонием и духотой; изба, где заключена была бывшая невеста императора-отрока, была мала, грязна и душна; свет едва проникал в маленькое оконце.
Княжна Екатерина бросила горделивый взгляд на вошедшего; она узнала начальника тайной канцелярии, недоброжелателя ее рода, и быстро отвернулась от него.
-- Здравствуй!.. Узнала ли меня? -- спросил Ушаков.
-- Как тебя не узнать! Узнала.
-- Что же ты отвернулась?.. Или тебе не в угоду мой приход?
-- А зачем ты пришел? Зачем?.. Глумиться надо мною, смеяться... Что же, смейся, пока твой смех в слезы не обратится.
-- Не смеяться, а милость тебе хочу я оказать.
-- Ты? Милость? Я не нуждаюсь ни в чьей милости, а в твоей и подавно.
-- А спеси в тебе осталось еще много! Гляди, ведь я горазд сбивать спесь, -- сердито проговорил Ушаков.
-- Не грози, не страшен ты мне.