-- Прямехонько, князь, из Москвы!
-- Ты все еще по старой памяти меня князем величаешь? Увы, князя тут нет, перед тобою стоит дряхлый, немощный, ссыльный старик.
-- Для меня вы были князем прежде, таким и теперь остались.
-- Князь Федор, я был прежде несправедлив к тебе, теснил тебя, помню, но теперь раскаиваюсь в этом и прошу простить меня.
-- Вам ли, князь, у меня прощения просить?
-- Я много виноват перед тобою: я разбил твое и дочерино счастье. Я ошибся в тебе, князь Федор Васильевич.
-- Кто же теперь мешает вам, князь Александр Данилович, исправить вашу ошибку? -- громко проговорил князь Федор, значительно посматривая на старшую дочь Меншикова.
Княжна Мария вспыхнула и опустила свою красивую голову.
-- Князь Федор, мы здесь отрезаны от всего, не знаем и не слышим, что делается на Руси святой, как царствует император Петр Второй, счастливо ли его царствование? -- не отвечая на вопрос, меняя разговор, спросил у Долгорукова Александр Данилович.
Князь Федор, сколько мог, удовлетворил его любопытству и рассказал ему о событиях, происшедших на Руси. Не умолчал он и о том, как возвеличились его родичи Долгоруковы и стали близко к трону императора-отрока.