Это было в первый год затворничества жены Смельцова.
-- Скучно, Луша, скучно, -- проговорила она, обращаясь к сидевшей рядом с нею на узкой скамейке горничной. -- А там, внизу, веселье... И от этого веселья у меня на сердце еще печальнее, еще мрачнее.
-- Новоселье справляют... Я, барыня милая, в окно украдкой подсмотрела, как переезжали... Жильцы, видно, богатые, потому мебель хорошая, дорогая, -- промолвила вошедшая в горницу стряпуха Фекла.
-- И зачем барин пустил жильцов, зачем приказал сдавать дом... Неужели ему мало дохода? -- промолвила Надежда Васильевна. -- Без жильцов как было тихо, спокойно... А теперь вот и сиди ночь без сна.
-- Можно, барыня милая, отбить у жильцов охоту снимать дом, -- после некоторой задумчивости проговорила Фекла.
-- Как так? -- с удивлением поднимая на старуху взор, спросила Надежда Васильевна.
-- Прежде времени ничего я вам не скажу, а только так сделаю, что жильцы скоро съедут.
В словах старухи слышалась уверенность.
-- Хвастаешь, тетка Фекла! Ну где тебе это сделать? -- возразила горничная Лукерья. -- Как ты заставишь жильцов сменить эту квартиру, если они только что переехали?
-- И заставлю... Недели не дам им здесь прожить..