-- Полно, друг, полно, брат. И его, подлеца, и жену свою, негодную бабу, ты еще успеешь наказать, только не теперь. Обдумать ведь все надо. Пойми, Семен Ильич, их убьешь -- и сам погибнешь, -- уговаривал его Чурухин. Затем он сурово обратился к Тольскому: -- А ты чего торчишь? Ступай вон.
Тольский направился было к двери, но ему преградил дорогу Бубнов.
-- Ни с места, подлец! Или ты думаешь уйти ненаказанным из моего дома?.. Нет, зачем же... И она, и ты -- оба вы получите должное...
-- В подобных случаях, господин губернатор, не ругаются, а кончают поединком, -- смело проговорил Тольский.
-- Поединком? Дуэлью?.. Дуэли между нами быть не может! Разве ты -- дворянин? Нет, ты -- вор, хуже вора... Гей, солдат ко мне! -- крикнул губернатор.
На призыв губернатора вошли солдаты.
-- Возьмите его -- и в тюрьму, -- показывая на Тольского, сказал Семен Ильич.
-- Меня? Меня в тюрьму?.. За что же?
-- И у тебя, подлец, хватает наглости спрашивать? Ведите, а станет упираться -- связать. Тащите его!..
Сколько Тольский ни сопротивлялся, но принужден был уступить силе солдат, которые не совсем учтиво потащили его из губернаторского дома в мрачную тюрьму.