-- Гдѣ намъ видаться-то?
-- А здѣсь? Ты часто здѣсь бываешь?
-- Здѣсь? сказала Палагея: -- когда вздумается.
Дѣвушка выбралась на песокъ и пошла къ мельницѣ. Николай Михайловичъ шелъ съ нею. Дойдя до воротъ высокой, двухэтажной избы мельника, Поля остановилась и сказала: "Прощайте". Калитка затворилась за ней, и Озеровъ долженъ былъ идти домой.
Ѳедосья Васильевна съ тайнымъ удовольствіемъ замѣтила, что Николай Михайловичъ тотчасъ же послѣ своего пріѣзда сталъ глядѣть на ея дочку вовсе не какъ на подругу дѣтства, съ которой онъ нѣкогда игралъ въ куклы. Свѣжая, едва распустившаяся молодость Вари произвела на юношу видимое впечатлѣніе. Мать и дочка стала чаще посѣщать Демидово; Ѳедосья Васильевна отпускала Варю даже одну. Когда Озеровъ сталъ самъ посѣщать ихъ и наконецъ являться каждый вечеръ, сердце матери замерло отъ восхищенія. Зорко слѣдила она своимъ однимъ, но проницательнымъ глазомъ за молодыми людьми и наконецъ поняла, что юноша запутался въ сѣтяхъ окончательно. "Мать пресвятая Богородица Одигитрія -- молила она, кладя поклоны, передъ иконами -- ризу тебѣ золотую сдѣлаю; святой Геннадій чудотворецъ, пѣшкомъ схожу къ тебѣ, угодникъ божій! экаго жениха гдѣ сыскать!" Когда Озеровъ пересталъ ходить къ нимъ, старуха тотчасъ навела справки черезъ своихъ дѣвокъ, которыя въ рукахъ ея были орудія въ высшей степени тонкія; узнала, что съ бариномъ богъ-знаетъ что сдѣлалось: мельникъ его околдовалъ, тоскается чу по лѣсамъ, да по рѣкѣ, сталъ задумчивъ, сердитъ.
"Ну, тутъ не мельникъ", думала мать съ улыбкою и пошла въ комнату Вариньки. Каково же было ея изумленіе, когда она застала Варю блѣдную, съ красными отъ слезъ глазами и съ тоскою на лицѣ.
-- Варя, что съ тобой?
-- Ничего, маменька.
-- Да на тебѣ лица не видно; что съ тобой? ты больна.
-- Да, голова болитъ немного.