— Пойдем взглянем, бабоньки. Может, спят они, ихние сторожа, — уговаривала старостиха.
Человек тридцать партизанок согласились идти на разведку.
Тихо, крадучись, они поползли к овинам. В нависшем над полями белесом тумане они почти сливались со снегом.
У дверей ближайшего овина смутно виднелись две фигуры французских часовых.
— Ратуйте, бабоньки! — шепнула Василиса. — Бейте их так, чтобы ни один не крикнул.
Разведчицы подползли вплотную. Часовые не шевелились.
Измученные длинным переходом, они спали сидя, уткнув головы в меховые воротники.
Двери в овин были полуоткрыты. У входа стояло прислоненное к стене толстенное бревно.
Василиса прикрыла двери и с помощью двух старух приперла их бревном.
Остальные защитницы отечества кинулись на часовых. Один из них хотел привстать, но топор ударил его по голове. Он грузно рухнул на снег. Коса прикончила жизнь другого часового.